Перейти к содержимому

Результаты поиска

Найдено 7 результатов с тегом архим. мелхиседек (артюхин)

По типу контента

По секции

Сортировать                 Порядок  
  1. Гость — от Бога

    На вопросы портала «Монастырский вестник» о круглом столе в Санкт-Петербурге и отношении насельников монастырей к паломникам мы попросили ответить архимандрита Мелхиседека (Артюхина), настоятеля московского подворья Введенского ставропигиального монастыря Оптина Пустынь, пресс-секретаря Синодального отдела по монастырям и монашеству.

    На этой неделе обсуждение тем круглого стола «Особенности устроения монашеской жизни в городских монастырях», проходившего в Воскресенском Новодевичьем монастыре Санкт-Петербурга, протекало в медийном пространстве вместе с обсуждением темы паломничества в монастыри. Скажите, действительно ли паломники являются серьезной проблемой современных монастырей? Насколько сильно миряне способны помешать духовной жизни иноков?

    Проблемы, о которых мы говорили на круглом столе, конечно же, касались не только паломников. Хотя прием паломников – это неотъемлемая часть христианского служения, которое несут монастыри. В чем тогда заключается для нас смысл христианской жизни, если мы отталкиваем от себя тех, кто ищет Бога? Апостол Павел говорит нам: сеющий доброе, пожнет доброе, а сеющий злое, пожнет злое. Доброе отношение к паломникам возвращается помощью монастырю, но что еще важнее, преображением человеческой души: Брат от брата укрепляем, яко град тверд (Притч. 18:19).

    Бывая на Святой Горе Афон, я всегда поражаюсь, как много паломников принимают афониты. Небольшие монастыри ежедневно размещают у себя от тридцати до ста человек, прибывших в монашескую республику. Как-то я спросил у монахов, трудно ли им дается это послушание? Ведь каждому гостю надо предоставить чистое белье, обед, и все это, конечно же, непросто для монастыря, где немного братии. Один из архондаричных – человек, который отвечает за прием паломников (место приема паломников называется архондарик), – в шутку ответил мне: «Это все машины делают». Машины стирают, это правда, но ведь белье надо собрать, загрузить, просушить, погладить, перестелить – и так каждый день.

    Не всякий человек, посетивший монастырь на Афоне, попадет на исповедь, поскольку на Святой Горе мало иеромонахов и исповедь для мирян ограничена; или на беседу со старцем. Но не исповедь и не беседы оставляют самое сильное впечатление от паломничества, а общий настрой монастырской жизни, богослужение и поведение братии, пребывающей в едином духе.

    В Грузии есть пословица: гость – от Бога. Известно, что в Грузии принято всё лучшее, что есть в доме, предлагать гостям. Как духовным принципом этим руководствуются и насельники монастырей. И, конечно же, не только грузинские монастыри известны своим гостеприимством. Сам я не раз становился свидетелем проявления необыкновенного радушия в монастырях, в которых меня никто не знал. Как-то мне довелось побывать в женском монастыре на Скадарском озере, где игумения сама накрывала на стол гостям в архондарике, хотя в монастыре около двадцати человек сестер и было кому этим заняться. Сначала я даже не понял, что это игумения. А когда понял, мне захотелось узнать, в чем причина такой доброжелательности, и я спросил ее: «Матушка, почему у всех ваших сестер такие радостные лица?» И она ответила сначала в шутку: «Солнце, море, фрукты…» Но потом все же пояснила: «Нашим духовником является митрополит Амфилохий, мы часто причащаемся, и общий настрой сестер в монастыре такой: мы должны исполнить заповеди Христа в своей жизни. Молитва и пост – средства, а не цель, в достижении этого. Целью является исполнение заповедей о любви к Богу и ближнему». Радушие и доброжелательность, какие я видел у этих сестер, имеют великую силу и способны преобразить душу приходящего к ним человека.

    Иногда несколько фраз, сказанные с любовью братом за свечным ящиком, доброжелательный ответ на вопрос, кому поставить свечку или как пройти к источнику, простое человеческое внимание назидают не меньше, чем слова Священного Писания и святоотеческих творений. В одном из Патериков есть такой пример. Ученик пришел в келью старца, келья была открыта и, войдя, ученик застал старца за чтением молитвенного правила. Увидев гостя, старец оставил правило и начал беседовать с ним. Когда ученик получил ответы на свои вопросы, он стал просить прощения у старца за то, что оторвал его от важного дела. На что старец ответил ему: «Мое дело принять тебя с любовью и отпустить с любовью». Этого правила придерживаются или должны придерживаться насельники монастырей: «Принять с любовью и отпустить с любовью», потому что «слова назидают, а дела влекут», как гласит пословица. Не столько окормление, сколько доброжелательный и участливый дух братии, великодушие и гостеприимство – притягивают в монастыри людей.


    Это так, но ведь очевидно, что поток паломников в городских монастырях России несравним с тем количеством мирян, которые посещают городские монастыри Черногории, Сербии и даже Греции… Надо полагать, это и в самом деле может мешать уединению и молитве насельников?

    И не только городские. Свято-Троицкая Сергиева лавра, вроде бы, находится не в столице, но паломников и туристов в лавре бывает по несколько тысяч человек в день. Оптина Пустынь – тоже не городской монастырь, но в выходные и праздничные дни народу там больше, чем в любой городской обители. Люди всегда тянулись в монастыри, а монастыри на протяжении всего времени своего существования прирастали новыми храмами, строениями, землями, чтобы обеспечить место для всех, кто желал в них молиться. Обитель преподобного Сергия начиналась с храма и двух хибарок, а превратилась в лавру. Строительство в нем шло непрерывно, и кому-то, конечно, могло это не нравиться, как мог не нравиться и поток людей, посещавших монастырь. Но если человек решил стать монахом, то ждать, что правильная духовная жизнь начнется лишь тогда, когда для этого будут созданы благоприятные внешние условия, – это тупиковый путь. Кто-то из мудрых людей сказал: «Для того чтобы начать что-либо, не надо быть великим. Но если ты начнешь что-либо, великое может совершиться».

    Вспоминается история, как монах искал уединенного места. Один монастырь показался ему многолюдным, другой, третий... Везде его что-то раздражало. Может быть, те же самые паломники или строители. В конце концов он, поменяв много разных монастырей, оказался в Египетской пустыне. Построил себе глинобитную хибарку, встал ночью на молитву и поймал себя на том, что ему мешает шум тростника, колеблемого ветром. Лишь тогда он пришел в себя и сказал: «Куда бы я ни пошел, идеальных условий не будет».

    Преподобный Никон Оптинский говорил: «В этом мире не было, нет и не будет покойного места. Единственное покойное место, которое мы можем найти, это наше сердце, очищенное покаянием и любящее Бога».

    Монахам дана привилегия постоянно находиться в монастырях, пользоваться благами обителей – жить в этих стенах, дышать воздухом вечности. Это – аванс от Церкви и этим надо делиться! В своем недавнем интервью настоятельница Новодевичьего монастыря в Санкт-Петербурге, игумения София (Силина) рассказала, как два будущих епископа попробовали сами создать монастырь, стали строить кельи, обзавелись хозяйством, но все это оказалась не по силам двум молодым людям, и они лишь потеряли на этом здоровье. А мы приходим в монастыри и пользуемся тем, что дает нам Церковь: живем в намоленных местах, служим в храмах, которые были построены нашими предшественниками. За нас всё уже сделали святые, а мы лишь пользуемся тем, что нам оставлено. Но ведь надо понимать, что это дано нам авансом, надо благодарить Бога за то, что люди тянутся в монастыри. Мы лишь отрабатываем своим служением то, что получили даром. Мы предоставляем верующим православным людям самое главное – богослужение. Храм – для людей, и молитва в храме – для людей. А личный подвиг монаха – в келье, где нет и не должно быть паломников. Но если испорчена душа, тогда и сама келья может превратиться в базар. Не паломники являются причиной уныния и недоброжелательности монаха, а духовная неустроенность. В мужских монастырях всегда были, есть и будут паломницы, как были, есть и будут в женских обителях строители, инженеры, охранники... Человек, вставший на путь иночества, призван заботиться о том, чтобы стяжать правильное внутреннее устроение, а не жаловаться на отсутствие благоприятных условий.

    Кто-то из мудрых сказал, что корабль тонет не тогда, когда он плывет по воде, а тогда, когда вода попадает внутрь. Корабль Церкви плывет по житейскому морю. Вокруг монахов, подобно воде вокруг корабля, всегда находятся люди. Но пока мир не начал проникать в сердце монаха, люди не представляют для него опасности. Ты можешь находиться среди этого мира, и не повреждаться, а быть ему помощником. Старец Паисий, прославленный ныне в лике святых, предлагает такой образ монаха: «Монах, говорит он, – это не лампочка, которая висит над городским тротуаром и светит пешеходам, чтобы те не спотыкались. Монах есть далекий маяк, утвержденный высоко на скалах и своим сиянием освещающий моря и океаны для того, чтобы корабли шли верным путем и достигали Бога – пункта своего назначения».

    Батюшка, Вы руководите жизнью монастырского подворья в Москве. Скажите, насколько сильно отличается духовная жизнь на подворье от духовной жизни в самом монастыре?

    Когда я оказался на подворье Оптиной пустыни, я написал об этом письмо отцу Иоанну (Крестьянкину), и батюшка ответил мне, что подворье – это продолжение монастыря в городе. Какой был образ жизни, настрой и распорядок в монастыре, таким он должен оставаться и на подворье. Руководствуясь этим советом, вот уже двадцать лет мы ежедневно служим в храме святых первоверховных апостолов Петра и Павла братскую полунощницу с монашеским правилом. Но, как в самом монастыре, так и на монастырском подворье все зависит от внутреннего устроения братии. Пчела везде сможет найти цветы и собрать нектар, а муха и в цветущем саду найдет навозную кучу.

    Обсуждение каких тем, прозвучавших на круглом столе в Санкт-Петербурге, хотелось бы продолжить на предстоящих монашеских форумах?

    Хотелось бы пожелать участникам монашеских собраний больше уделять внимания практической стороне обсуждаемых проблем, делиться положительным опытом, рассказывать о том, какие были сделаны выводы из того, что пришлось пережить как искушение, побольше озвучивать рекомендаций для устроения монашеской жизни. Хочется узнавать о том, как находились решения сложных проблем. На прошедшем круглом столе всех очень впечатлил рассказ митрополита Святогорского Арсения о том, как Святогорская лавра приняла 30 000 беженцев во время кризиса на Украине, как жители этой страны, находившиеся по разные стороны баррикад, сплотились для того, чтобы помогать тем, кто остался без крова и средств к существованию и приехал за помощью в лавру, потому что больше просто некуда было ехать.

    Понравился участникам круглого стола и пример, который Вы привели в качестве ответа на вопрос, всем ли помогать, кто просит помощи у монастыря. Ведь не секрет, что часто те, кто просит на билет и на лечение, обманывают насельников.

    Да, я вспомнил, как однажды, подводя итоги за отчетный период, сотрудники бухгалтерии подворья обнаружили, что сумма наших пожертвований нуждающимся составила 300 000 рублей, а сумма средств, пожертвованных нам, – 3 000 000 рублей. Другими словами, ровно в десять мы раз мы получили денег больше, чем раздали бедным. Это ни в коем случае не совет о том, чтобы раздавать с целью приумножить, а, скорее, просто иллюстрация того, как соблюдение принципа духовной жизни – что посеешь, то и пожнешь – приносит сторичный плод. Как сказал однажды архимандрит Лаврентий из Троице-Сергиевой лавры: «Если есть возможность помогать, помогайте, чтобы не пропустить Христа». В руки монастырей и Церкви дается благополучие, чтобы разумно, сердечно, благодатно оно было роздано. И всем нам хочется напомнить слова Иоанна Златоуста, который сказал, что наша милостыня должна соответствовать нашему состоянию, иначе может произойти так, что наше состояние начнет соответствовать нашей милостыне. А кто-то из отцов сказал, что когда Бог на первом месте, тогда все остальное на своем.

    Источник: monasterium.ru

    • 22 Авг 2017 18:50
    • от monves
  2. Мы пока еще только учимся задавать друг другу с...

    Пресс-секретарь информационной службы Синодального отдела по монастырям и монашеству ответил на вопросы портала «Монастырский вестник».

    Отец Мелхиседек, Вы исполняете послушание пресс-секретаря Синодального отдела по монастырям и монашеству. В среде монашествующих оказалось непросто изменить отношение к интернет-пространству. Монастырская жизнь сокровенна, и ее события действительно не всегда должны становиться предметом обсуждения. Однако сегодня монастыри присутствуют в социальных сетях, имеют официальные странички в интернете. Нет ли здесь противоречия, на Ваш взгляд?

    История монастыря, святыни и святые, условия проживания и условия трудничества, схема проезда,– вот тот необходимый минимум информации, с помощью которого можно составить представление об обители, и который должен быть доступен каждому человеку. Информационная служба Синодального отдела по монастырям и монашеству помогает монастырям вливаться в информационное пространство, создавать свои страницы с уникальным контентом, рассказывать о событиях, происходящих в монастырях.

    Как любая дружба начинается со знакомства, так интересный рассказ о монастыре может пробудить желание лучше узнать его. Для кого-то привлекательным становится живописное место, в котором расположена обитель, для кого-то – архитектура монастыря; одному человеку интересны исторические личности или святые, чья жизнь так или иначе была связана с обителью, другому – чудотворные иконы. У каждого – свой интерес, но, вдохновившись красивой фотографией или интересным рассказом, рано или поздно человек захочет совершить паломничество в монастырь, а знакомство с внутренней жизнью монастыря, его богослужениями, святынями, как показывает опыт, никогда не остается без доброго плода.

    Особенность нашего времени заключается в том, что знакомства часто завязываются в интернет-пространстве. Знакомство с монастырем тоже может начаться с посещения странички в социальных сетях или монастырского сайта. Эти знакомства бывают полезны как для самих монастырей, потому что будут в монастыре паломники и прихожане, будут и помощники, так и для тех, кто, познакомившись с внешней жизнью обители, захочет узнать и о ее духовной жизни.

    Внутреннюю жизнь монастыря, конечно же, описать сложнее. Ведь известно, что «о молитве может говорить только тот, кто достиг истинной молитвы. Но тот, кто достиг истинной молитвы, не захочет говорить о ней». Едва ли можно рассчитывать на то, что на своих страницах в интернете насельники монастырей будут описывать подвиги покаяния, исправления и доброделание братии. Чтобы узнать монашескую жизнь изнутри, лучше, как советовали старцы, «приезжайте, поживите и увидите»...

    Сегодня каждый человек имеет возможность пользоваться интернетом, и именно поэтому на страницы социальных сетей попадает не только правдивая информация о монастырях. Вопросы монастырской жизни обсуждаются и среди недоброжелательно настроенных по отношению к Церкви людей. Имеет ли смысл, на Ваш взгляд, опровергать ложь, или духовные люди должны терпеть клевету?

    Негативная информация о Церкви и монастырях всегда была, есть и будет. Никуда от этого не денешься. «Желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы (2 Тим. 3:12)», – говорил апостол Павел. От внешней критики мы не уйдем никогда. Но надо понимать, что пристальное внимание к нашей жизни вызвано тем обстоятельством, что люди хотят от солнца видеть свет. В том числе и поэтому Апостол предостерегает нас: «Смотрите, поступайте осторожно, не как неразумные, но как мудрые (Еф. 5:15)».

    Многое из того, что о нас говорят, не лишено оснований, и в нашей среде случается всякое. Ведь монастыри – это не сообщества святых людей, а сообщества людей, пожелавших духовного исцеления. Это острова спасения или, как и вообще вся Церковь, те же самые духовные лечебницы. Кто-то подвизается, кто-то находится в начале пути духовного делания.

    Но встречаются случаи откровенной клеветы, и тогда надо с кротостью дать вопрошающему ответ (ср.: 1 Пет. 3:16). Если против нас выдвинуто серьезное обвинение, то ситуация требует объяснений. Потому что в противном случае появляется повод думать, что события, о которых пишут клеветники, действительно происходили.

    Когда Господа на суде у Пилата один из воинов ударил по лицу, Спаситель спросил: «Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?» (Ин.18:23). Другими словами, «объясни, что именно Я сказал плохого? А если ничего, за что ты бьешь Меня?» Так и мы, если нас критикуют справедливо, должны потерпеть. Но если нет, надо объяснить, что́ из того, что о нас говорят, правда, а что – нет. Доказать мы, конечно, ничего не сможем, но должны рассказать, что и как было на самом деле.
    Мы довольно часто сталкиваемся с похожими проблемами и внутри Церкви. Например, в Патриархию люди время от времени пишут жалобы на настоятелей храмов. И я, как настоятель нескольких храмов, знаю, что пишут и неправду. Например, в одной жалобе написали, что наш храм взял на продажу товар – иконы, книги, крестильные рубашки – и не расплатился с поставщиком. Пришлось написать объяснение, что на самом деле товар, который был сдан на реализацию, к тому моменту просто еще не был продан. Когда я объяснил ситуацию, все встало на свои места.

    Главным событием 2016 года стали торжества, посвященные 1000-летию присутствия русских монахов на Афоне. В конце сентября в Храме Христа Спасителя состоялись монашеская научная конференция и Собрание игуменов и игумений монастырей Русской Православной Церкви, которое возглавил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. В этот день Святейший Патриарх ответил на вопросы присутствовавших в зале представителей монастырей. Обмениваясь впечатлениями, монашествующие отмечали особую братскую атмосферу Собрания, радовались возможности лично пообщаться с Предстоятелем Церкви. И тем удивительнее было увидеть заголовки в светских СМИ, которые свидетельствовали о том, что журналисты, к сожалению, немногое поняли из того, что происходило в Зале церковных соборов Храма Христа Спасителя. Как Вы думаете, нужно ли приглашать светскую прессу на мероприятия, где обсуждаются внутренние вопросы монастырской жизни?

    То, о чем Вы говорите, можно назвать признаком времени разномыслия. Часто об одном и том же предмете люди имеют противоположные суждения. И все-таки, на мой взгляд, приглашать светскую прессу на монашеские мероприятия нужно. Важно только заранее тщательно продумывать повестку, уметь, по слову апостола Павла, «не давать повода ищущим повода (ср.: 2 Кор. 11:12)». Хотя в нашем случае удивительно, что не было вообще никакого повода, но журналистам его все-таки удалось «создать»… В связи с этим вспоминаются строки одного стихотворения:

    В одно окно смотрели двое.
    Один увидел дождь и грязь,
    Другой листвы зеленой вязь,
    Цветы и небо голубое.
    В одно окно смотрели двое.

    То, что мы видим, всегда зависит от того, как мы смотрим. И то, что мы слышим, зависит от того, как мы слушаем. Но независимо от того, переврали очевидцы или нет происходящие события, вынесли о них диаметрально противоположные суждения или нет, мы должны продолжать делать свое дело. Когда на монашеские собрания приглашают светских журналистов, они должны понимать, что Церковь оказывает им доверие, а потому передергивание фактов, искажение информации в СМИ – это случаи злоупотребления доверием. Монастырь – это семья. Обсуждать неподобающим образом проблемы семьи, по меньшей мере, неэтично.

    Еще не так давно в нашей Церкви не было собраний и конференций, и свои проблемы монашествующие несли старцам – отцу Иоанну (Крестьянкину), отцу Кириллу (Павлову), отцу Николаю с острова Залит... Сегодня время изменилось, и представители монастырей собираются в узком кругу единомышленников, чтобы иметь возможность послушать тех, кто соприкасался с подлинным духовничеством, пережил радостные моменты разрешения своих вопросов, и сегодня готов поделиться положительным опытом.

    Мы пока еще только учимся задавать друг другу сложные вопросы, и, может быть, даже не надеемся сразу найти на них ответы. Но мы знаем, о чем именно мы должны спрашивать и молимся, чтобы Господь послал через отцов духоносной монастырской жизни ответы. Конфуций говорил, что самый длинный путь начинается с первого шага. Мы начали это дело, и будем молиться, чтобы оно у нас получилось. А журналистов, которых приглашаем на наши мероприятия, просим заранее знакомиться с темой и проявлять деликатность в освещении событий монастырской жизни.

    Кроме монашеских собраний, есть ли еще какие-то способы решения вопросов современной монастырской жизни? За минувший год несколько громких событий попали в фокус внимания журналистов по той лишь причине, как может предположить читатель, что не нашлось решения проблем внутри монастырей.

    Надо понимать, что любая наша проблема, попав в информационное пространство, будет раздута до невероятных размеров. Ибо, как говорил герой романа Достоевского, «любит человек падение праведного и позор его». Мы находимся внутри сложной духовной жизни. По мнению экспертов, в социальных сетях, например, критически мало положительной информации о Православной Церкви.

    Конечно, духовная жизнь, как человека, так и монастыря, имеет совершенно иную природу, чем СМИ. Не в традиции Церкви сообщать о духовном преуспеянии, распиаривать, как теперь говорят, свой положительный духовный опыт. Разница между внешней и внутренней жизнью настолько же велика, насколько велика разница между грехом и праведностью. Тот, кто живет жизнью Церкви, знает хорошее о ней, часто не имеет желания трубить об этом, а тот, кто привык жить сплетнями и скандалами, испытывает удовлетворение от того, что распространяет негативную информацию.
    Есть поговорка: обиды пиши на воде, а благодеяния выбивай на меди. В пространстве соцсетей сегодня все наоборот: ошибку выбьют на меди, а добрый пример напишут на воде. И все мы все хорошо знаем, что один сумасшедший перекричит целый автобус.
    Ну, а проблемы, возникающие в монастырях, мы, в свою очередь, должны стараться решать до того, как они попадают в средства массовой информации. Замалчивать случившееся, на мой взгляд, неправильно.

    Я уже говорил, что еще не так давно было время, когда разногласия в монастырской жизни преодолевались при участии старцев. Почти все игумены и игумении имели старцев своими духовниками. Насельников монастырей при необходимости тоже благословляли ездить к старцам, и советы, которые они давали, были очень авторитетными. Игумены писали сопроводительные письма о сути вопроса и просили духовной помощи. Многие проблемы разрешались именно таким образом. Сейчас время изменилось, но путь решения духовных проблем все-таки должен быть.
    Когда я работал врачом на Скорой помощи, у нас была так называемая «горячая линия», по которой можно было сообщить о случившемся несчастье. Было бы хорошо, если бы у монашествующих тоже была такая «горячая линия», посредством которой они могли бы рассказывать о своих недоумениях представителю Синодального отдела по монастырям и монашеству или епархиального управления.

    Звонки на «горячей линии» должен принимать духовно рассудительный человек, который мог бы дать совет или хотя бы без искажений донести до священноначалия полученную информацию. А уже как решить вопрос – через молитву, духовный совет, собеседование – надо будет думать соборно. Во всяком случае, это всегда должно происходить через проникновение в суть проблемы.

    Важно, чтобы у нас была возможность узнавать о проблемах монашеской жизни не из светских источников информации. Паломники сегодня в большом количестве приезжают в монастыри, общаются с насельниками, так что скрывать и замалчивать проблемы стало почти невозможно, и лучше нам самим предварять нападки журналистов, узнавая о случившемся от участников событий.

    Часто приходится слышать о том, что период восстановления зданий завершен и настало время возродить духовную жизнь в монастырях. Насколько это верно, по Вашему мнению?

    Я не согласен с утверждением, что мы закончили этап восстановления монастырей. Это иллюзия. Дела наши никогда не закончатся. Когда-то архимандрит Венедикт, который был помощником казначея в Троице-Сергиевой Лавре, недоумевал, почему отец эконом (тогда – архимандрит, а ныне – митрополит Владимирский и Суздальский Евлогий), завершив ремонт одного корпуса, сразу же начинает ремонт другого, а через пять лет снова возвращается к тому, с которого начал. В Лавре столько корпусов, что их приходится ремонтировать по кругу постоянно. Но когда архимандрит Венедикт стал наместником Оптиной пустыни, то сам столкнулся с этой же проблемой. Кажется, в монастыре только недавно что-то построили, но проходит пять лет, и вот уже приходится ремонтировать то, что построили. Все надо поддерживать и приводить в порядок, и так до бесконечности. Но, как говорил старец Силуан Афонский: «Любить Бога никакие дела не мешают». Мало того, монастырь вообще не может начаться без духовной жизни, а труды даже и способствуют ей. Праздность, как известно, – мать порока. Ведь когда человек начинает что-то делать, он сталкивается с трудностями, и именно трудности сподвигают его к молитве. Блез Паскаль заметил, что если бы Бог время от времени не «укладывал нас на лопатки», нам бы некогда было посмотреть на небо.

    В этом году очередная встреча монашествующих состоится в рамках XXV Международных Рождественских образовательных чтений. Тема чтений звучит как «1917–2017 – уроки столетия» Доклады профильного монашеского направления тоже будут посвящены подвигу монашествующих в ХХ веке. Почему важно помнить о новомучениках и исповедниках веры?

    Периоды благоденствия, как показывает история, в нашей стране редко бывают продолжительными. В 1917-м году рухнула империя, и начались гонения на Русскую Православную Церковь, религия которой была государственной. Пример жизни новомучеников, пострадавших за веру в ХХ столетии, должен напоминать нам о необходимости дорожить каждым днем. Церковь многое доверила нам и должна получать отдачу в виде молитвы, богослужения, просветительской деятельности, миссионерской деятельности… «Вера без дел мертва»(Иак. 2:26). Молитва и труд во имя Церкви – неотъемлемая часть монашеской жизни. Это то, ради чего мы освобождены от внешнего попечения. Мы должны осолять этот мир (ср.: Мф.5:13). Каждый монах должен быть крупинкой этой соли, проживая свою жизнь на духовном пределе собственных возможностей и с благодарностью Богу. Анализ исторических событий полезен для того, чтобы понимать, что все может перемениться в одночасье.

    Беседовала Екатерина Орлова.

    Источник: monasterium.ru

    • 10 Янв 2017 13:47
    • от monves
  3. Преемство святогорских традиций в развитии мона...

    Доклад настоятеля московского подворья Введенской Оптиной пустыни архимандрита Мелхиседека (Артюхина) на международной научной конференции «Русь – Святая гора Афон: тысяча лет духовного и культурного единства» в рамках юбилейных торжеств, приуроченных к празднованию 1000-летия присутствия русских монахов на Святой горе Афон (Москва, 21–24 сентября 2016 года).

    Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства, всечестные отцы, досточтимые матушки, дорогие братья и сестры!

    Монашество возникло в Церкви как естественное выражение ее жизни. Прообразом монашеской общины были Господь и Его ученики. В монашестве отражается, в первую очередь, внутренняя жизнь Церкви: молитва, аскеза, борьба со страстями, стяжание добродетелей, покаяние, которые являются основными составляющими духовной жизни. Апостол Павел, обращаясь к христианам, говорит: «я от Самого Господа принял то, что и вам передал» (1 Кор. 11:23). «Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим» (2 Фес. 2:15).

    Святая Гора Афон занимает исключительное место в Православном мире. Афон, избранный Самой Пресвятой Богородицей в удел, место Своего особого попечения, уже с VII века становится крупнейшим духовным светочем Православия.

    Святая Гора Афон – древнейший центр исихазма в течение многих столетий, главный очаг этой традиции, где хранится с великим тщанием и передается с великой точностью «умное делание» исихастской практики духовного восхождения. Эти традиции перешли на Русь с Афона через творения преподобного Нила Сорского, через учение преподобного Паисия (Величковского), через заволжских и оптинских старцев и отразились в творениях позднейших богословов, как, например, святителя Игнатия (Брянчанинова), святителя Феофана Затворника и других лучших представителей Русской Православной Церкви.

    Святая Гора является символом самоотречения, покаяния, самопознания и молитвы. На Святой горе Афон было положено начало русскому монашеству. С Афона пришли первые монахи на Святую Русь. Со Святой горы Афон было воспринято исихастское влияние и традиции аскетического делания в XIV веке, и сейчас, в начале XXI века, Афон оказывает огромное влияние на духовную жизнь русского монашества.

    К XI веку русские уже имели на Афоне свой монастырь под именем «Богородицы Ксилургу» с храмом Успения Богоматери. Об авторитете Афона на Руси как образца иноческой жизни с домонгольского времени свидетельствует периодическое возникновение на русской земле обителей, именуемых «святогорскими». Примером такой обители был монастырь «Святая Гора» близ Владимира-Волынского, возникший в XI веке.

    По святогорской традиции были образованы Бахчисарайский Успенский скит «Панагия», Свято-Александро-Афонская Зеленчукская пустынь, Гнилецкий монастырь, Крыпецкий Иоанно-Богословский монастырь, Новоафонский монастырь в Абхазии и многие другие [1].

    Именно от Афона принял Киево-Печерский монастырь традицию подвижничества, которую впоследствии распространил по территории Древней Руси. Насельники этой Печерской обители внесли важнейший вклад не только в становление Православия на Руси, но и в развитие древнерусской литературы, изобразительного искусства, архитектуры, становление исторической мысли [2].

    На Святой Горе подвизались будущие основатели и настоятели многих русских общежительных монастырей: преподобный Сергий Нуромский, Иларион, игумен новгородского Лисицкого монастыря, Дионисий Царьградский, архимандрит Спасо-Каменного монастыря, Досифей, архимандрит нижегородского Печерского монастыря, преподобный Арсений Коневский, преподобный Савва Тверской и многие другие [3].

    Особое место занимают обители, основанные теми русскими иноками, которые в течение некоторого времени сами подвизались на Святом Афоне. Восприняв духовную культуру и традицию святогорцев, они переносили ее на родную землю: Свято-Успенская Киево-Печерская лавра, Святоезерская Преображенская пустынь, Коневский монастырь. Наиболее значительным в этом ряду является первый русский скит, устроенный по образу афонских скитов и по уставу афонского пустынножития, строившийся как второй Афон в России – Нило-Сорская пустынь, расположенная неподалеку от Кирилло-Белозерского монастыря [4].

    Следующую группу составляют обители, духовно связанные с Афоном святогорским уставом, принятым за образец: Свято-Успенская Флорищева пустынь, основанная в начале XVII века, и отстроенная святителем Суздальским Иларионом, Введенская Оптина Пустынь.

    Особое же место в этом ряду занимает Троице-Сергиева Лавра, духовный оазис Русской земли. Лавра была образцовым монастырем и духовной школой, получившей начало от преподобного Сергия Радонежского и принесшей плоды созерцательного подвига на Руси. В житии преподобного Сергия Радонежского существуют сведения о его личной переписке с святогорцем Патриархом Константинопольским Филофеем. После смерти своего учителя – святителя Григория Паламы патриарх Филофей стал руководителем монашеского возрождения, затронувшего в этот период весь православный мир. «Преподобный Сергий хорошо знал о духовных подвигах современных ему афонских монахов из рассказов митрополита Московского Алексия, который в свою очередь соприкоснулся с исихастами из круга патриарха Филофея и познакомился с самим патриархом в Константинополе», – пишет И.М. Концевич в своей диссертации «Стяжание Духа Святого в путях Древней Руси».

    Если просмотреть подробно жизнеописания и творения, оставленные нам как афонскими, так и русскими подвижниками, можно заметить, что отличительными признаками внутренней жизни монахов-исихастов были старческое духовное руководство и передача опыта от старца к ученикам, откровение помыслов, частое причащение Святых Таин, дух любви, взаимного послушания и смирения в братии, любовь к чтению и изучению Священного Писания и святоотеческих творений, христианская проповедь через распространение слова Божия, переводческая и литературная деятельность.

    Афонские аскетические традиции носят прежде всего исихастский характер, в основе которого лежит непрестанная молитва и трезвение. Исихастское делание направлено на активное внутреннее изменение, на созидательную деятельность в соответствии с целью христианской жизни, оно воплощает в себе стремление к духовному преображению и обожению. Цель исихазма состоит в очищении ума и сердца от страстей, стяжание Святого Духа.

    Послушание и пребывание в молитве – основа традиции монашеской жизни Афона. При этом важным ее элементом является традиция ночного богослужения, как следование опыту святых отцов. Так преподобный Иоанн Лествичник говорит: «Бдение есть погашение плотских разжжений, избавление от сновидений, исполнение очей слезами, умягчение сердца, хранение помыслов... укрощение злых духов, обуздание языка, прогнание мечтаний» (Лествица, 20:5). По общему мнению святых отцов, для монаха предпочтительнее совершать молитву ночью, потому что ночь – это время сугубого благодатного предстояния перед Богом. Эту традицию более всего восприняли русские подвижники, потому что, как говорил преподобный Исаак Сирин: «Всякая молитва, которую совершаем ночью, да будет в очах твоих досточестнее всех дневных деяний».

    Посещавших Святую Гору иноков в первую очередь интересовали монастырские уставы и практика внутреннего молитвенного делания. Посетивший в конце XIV века Святую Гору архимандрит нижегородского Печерского монастыря Досифей описал келейное правило афонских монахов. Он сообщил, что святогорцы, которые отдельно живут в келлиях, каждый день прочитывают половину Псалтири и по 1200 Иисусовых молитв. Уже в XV веке в русских монастырях было распространено афонское молитвенное правило, описанное Досифеем. В конце XV–XVI веках общей тенденцией келейного молитвенного правила стало стремление к «умному деланию» не только скитских, но и общежительных монахов [5].

    Святитель Игнатий (Брянчанинов) пишет: «Правило! Какое точное название, заимствованное из самого действия, производимого на человека молитвами, называемыми правилом! Молитвенное правило направляет правильно и свято душу, научает ее поклоняться Богу Духом и Истиною (Ин. 4:23), между тем как душа, будучи предоставлена самой себе, не могла бы идти правильно путем молитвы. Молитвенные правила удерживают молящегося в спасительном расположении смирения и покаяния, научая его непрестанному самоосуждению, питая его умилением, укрепляя надеждою на всеблагого и всемилосердного Бога, увеселяя миром Христовым, любовью к Богу и ближним». Он говорил, что «падение монаха начинается с оставления им молитвенного правила». И лаврский духовник архимандрит Кирилл (Павлов) говорил нам: «Умри, а правило исполни».

    В XVIII веке преподобный Паисий (Величковский), подвизавшийся на Святой Горе, возродил в России афонскую традицию старческого окормления, которая на протяжении всего XIX века и позднее приносила свои благодатные плоды в Глинской и Оптиной пустынях и других монастырях Русской Церкви. «Каждый, – пишет он,– должен иметь кого-то опытного в духовном руководстве, кому бы он полностью предавал свою волю и повиновался как Самому Господу». Его писания и дух его устава вместе с учреждением старчества весьма способствовали оживлению и возрождению русского монашества, что дало нам впоследствии небывалый расцвет старчества в Оптиной пустыни – на протяжении почти ста лет, в Валаамской обители, в Глинской пустыни.

    Изучая труды, посвященные истории исихазма, а также житийную литературу подвижников-исихастов XIV столетия, современных афонских подвижников исихазма, нетрудно заметить, что всё в исихазме, начиная с умной молитвы и молитвы вообще, выстраивается на принципе послушания старцу, соработничестве духовного отца со своими учениками, со своими послушниками, доколе не изобразится в них Христос (см.: Гал. 4:19). Преподобный Амвросий Оптинский характеризовал старчество как особый духовный союз, который состоит в искреннем духовном отношении и послушании духовных детей своему духовному отцу или старцу. Старец и его чада есть, по существу, единая семья о Господе. Оптинские старцы говорили: «Блаженна та обитель, где есть старец, на нее привлекается особая благодать Божия ...».

    На Святой Горе особое понимание старчества. Старец – это носитель духовной традиции. В этом смысле старчество известно и в России, например, по Оптиной пустыни, где до революции тоже сохранялось это многолетнее преемство духовной традиции, продолжавшееся из поколения в поколение. Главной же чертой русского старчества как иноческо-аскетической духовной традиции явился синтез, казалось бы, несоединимого: уединенного подвижничества и самоотреченного служения народу.

    С Афона были принесены первые уставы и святоотеческие и богослужебные книги. На Афоне действовали книгописные мастерские (скриптории). Известны имена русских книгописцев, трудившихся в XIV–XV веках на Афоне над перепиской книг для Руси (прежде всего аскетического содержания): Авраамий Русин и Афанасий Русин, инок Евсевий, старец Митрофан, Варсонофий и Мартин [6].

    Преподобным Паисием (Величковским) с Афона был принесен в Россию сборник творений отцов Церкви, посвященный аскетическому любомудрию и практике христианского подвижничества, именуемый «Добротолюбие», составленный святителем Макарием Коринфским и преподобным Никодимом Святогорцем. Преподобный Паисий перевел «Добротолюбие» на славянский язык. В 1793 году сборник был напечатан в Московской Синодальной типографии под непосредственным присмотром митрополита Московского Платона (Левшина). В 1822 и 1832 годах стараниями святителя Филарета Московского «Добротолюбие» выдержало 2-е и 3-е издания, а в 80-х годах XIX века было переведено на русский язык и издано святителем Феофаном Затворником. Эта книга стала настольной для монашествующих, подвизающихся в русских монастырях.

    Традицию распространения святоотеческого наследия активно приняла и развила в ΧΙΧ веке Введенская Оптина Пустынь, ставшая мощным духовным книгоиздательским центром. Просветительная деятельность Оптиной Пустыни была значительна. В XIX веке ею выпущено свыше 125-ти изданий в количестве 225000 экземпляров. Библиотека, собранная архимандритом Моисеем, состояла из 5 000 книг [7].
    С Афона в русские монастыри были перенесены традиции соблюдения поста и частого причащения Святых Христовых Таинств. И, читая «Добротолюбие», мы встречаем такую фразу святого Апполоса: «Монахи должны, если могут, приобщаться каждодневно Святых Таин, потому что кто удаляется от Святых Таин, тот удаляется от Бога, а кто постоянно приобщается, тот всегда принимает в себя Спасителя...».

    Монашество развивалось и развивается в двух векторах: историческом и духовном. Историческое меняется во времени, когда периоды относительного спокойствия и благоденствия сменяются временами преследований и гонений. Духовная же суть монашества остается неизменной в веках. Исторический опыт свидетельствует о том, что можно разрушить и уничтожить монастыри, упразднить монашество как институт. Уничтожить же дух монашества – традицию аскетической жизни – невозможно, ибо он имеет свое основание не во временном, но в вечном. Монашеская традиция ни на миг не прекратила своего существования, и во времени обогатилась новым историческим опытом.

    Верность монашеским традициям – это не сохранение пепла, а раздувание огня и дай Бог, чтобы этот огонь разгорелся в пламя благодатной монашеской жизни, просвещая и согревая мир и души, ищущие спасения. Ибо, как сказал архиепископ Херсонский Иннокентий, «Афон горит, как немеркнущая всемирная лампада перед Богом, и благоухает вековечно, как негасимое всемирное кадило… Святой Афон есть теплица, есть питомник, есть рассадник подвижничества всякого рода даже до сего дня».

    [1] Валаамский Спасо-Преображенский монастырь со всеми его скитами, рассеянными по Валаамскому архипелагу. Основателями монашеской жизни на Валааме считают преподобных Сергия и Германа, греческих священноиноков, устроивших на острове обитель общежительного типа. Бахчисарайский Успенский скит «Панагия»; в середине XIX века архиепископ Херсонский Иннокентий (Борисов) во время торжественного освящения Успенского скита положил для него устав по чину афонских пустынножителей. «Отныне, в пределах собственного Отечества, среди наших гор, мы будем иметь утешение зреть подобие древнего Афона», – сказал святитель. Греческий митрополит Агафангел преподнес обители крест с надписью: «Прислан от Старого Афона Русскому Афону на благословение в день открытия 1850 года». В 1889 году в ущелье реки Большой Зеленчук на месте бывшей древней аланской митрополии, среди развалин храмов X–XII веков русскими иноками Благовещенской кельи Хиландарского Афонского монастыря была основана Свято-Александро-Афонская Зеленчукская пустынь. На северном склоне Кавказских гор, недалеко от Майкопа, находилась Закубанская Афонская во имя архангела Михаила пустынь, устроенная в 1870–1880-х годах насельником монастыря Кутлумуш на Святой Горе иеромонахом Мартирием (Островым). За основу общежития были приняты некоторые правила афонских монастырей. Гнилецкий монастырь, основанный, по преданию, преподобным Феодосием Печерским в начале XI века, более известен как Глушенский Богородицкий пещерный скит в урочище «Церковщина» близ села Лесники при Киево-Братском монастыре, где были найдены характерные афонские усыпальницы и вещи афонского образца. Древняя бессарабская Киприановская Успенская обитель («Кэприана») Кишиневского уезда (XV–XVI век) находилась с XVII века в зависимости от Афонского Зографского монастыря. Заслуживает также внимания Крыпецкий Иоанно-Богословский монастырь, основанный во второй половине XV века близ Пскова афонским монахом, преподобным Саввой, учеником преподобного Ефросина. Преподобный Савва был родом из Сербии. После падения Константинополя в 1453 году он покинул Афонскую Гору с Евангелием на сербском языке и образом святого апостола Иоанна Богослова и обосновался в России.

    [2] Преподобный Антоний Печерский, по некоторым сведениям, дважды подвизался на Афоне. «Повесть временных лет» говорит, что игумен монастыря на Святой Горе, по внушению от Бога последний раз отправлял его в Россию с пророчеством, что от него явится на Руси много черноризцев. «Иди в Русь опять, и буди благословление от Святой Горы, яко от тебе мнози черньци быти имут».

    [3] Сергий Нуромский († 1412); Иларион, игумен новгородского Лисицкого монастыря (вернулся на Русь не позднее 1397 года); Дионисий Царьградский, архимандрит Спасо-Каменного монастыря (в 1418–1425 годах архиепископ Ростовский); Досифей, архимандрит нижегородского Печерского монастыря; преподобный Арсений Коневский († 1447). Около пяти лет прожил на Святой Горе преподобный Савва Тверской (Бороздин; † 1467), игумен тверского Саввина монастыря в честь Сретения Господня, о чем сообщает в своей «Духовной грамоте» преподобный Иосиф Волоцкий. С афонской традицией был тесно связан и святитель Киприан, митрополит Киевский и всея Руси. В 1420 году Зoсима, инок Троице-Сергиева монастыря, совершил путешествие на Афон и составил список двадцати афонских монастырей. Со Святой Горы монахи привозили книги, до той поры неизвестные на Руси; лисицкий игумен Иларион привез Тактикон Никона Черногорца, преподобный Савва Тверской – Иерусалимский устав и Правила иноческой жизни, которые нашли применение в Русской земле как в основанном им в 1397 году Вышерском монастыре, так и при составлении Кормчей книги иноком-князем Вассианом Патрикеевым, архимандрит Досифей – Устав Святой Горы и Чин пения двенадцати псалмов.

    [4] Любимое местопребывание афонского воспитанника, святителя Киприана, митрополита Киевского и всея Руси – Святоезерская Преображенская пустынь близ города Гороховца (XIV век). Затем – Коневский Рождество-Богородичный монастырь на острове Коневец Ладожского озера, основанный в 1393 году преподобным Арсением Коневским после трехлетнего пребывания на Афоне. Наконец, Сергиев Нуромский Преображенский монастырь, основанный в XIV веке афонским монахом, учеником преподобного Сергия Радонежского, преподобным Сергием, по благословению своего духовного отца. В 1397 году был основан в память о торжественной встрече войска Тверского, возвращавшегося из похода, Кашинский Сретенский монастырь, устроитель которого, Савва, принес с Афона устав монастыря. Преподобный Нил Сорский (1433–1508), принял постриг в Кирилло-Белозерском монастыре. Вместе со своим учеником, преподобным Иннокентием Комельским, он долго пробыл на Афоне. Особенно его привлекло уединенное пустынножитие афонских келиотов.Он рассуждал, что общежитие связано со многими попечениями о внешнем, одинокий подвиг отшельничества слишком опасен и требует особого мужества и духовной высоты, а скитская жизнь, от двух до двенадцати иноков, – это средний, царский, путь жития «братии вкупе». Именно его и выбрал преподобный Нил за образец: в скиту насельники в основном занимались умным деланием и лишь в малой мере – попечениями о необходимых потребностях.

    [5] Например, иноки Кириллова Белозерского и Волоколамского монастырей, постоянно «держали молитву Иисусову», как и афонские старцы. Инок должен был в день прочитать 100 молитв Богородице и 1900 Иисусовых молитв.

    [6] Центрами переводческой деятельности являлись, прежде всего, афонские монастыри Хиландар и Великая Лавра. Около 1360 года Евфимий Тырновский перевел «Диатаксис Божественной литургии» патриарха Филофея, в результате чего возникла новая редакция славянского Служебника, быстро распространившаяся в славянских странах. В начале XV века переводы Иерусалимского устава, а также гимнографические книги и Служебник в болгарской редакции стали широко известны на Руси. Афонская практика того времени была взята за основу богослужения. Авраамий Русин, переписал в 1432 году сборник житий, принесенный в 1437 году в Тверской Саввин монастырь, Афанасий Русин, который, возможно, вложил в Лавру прп. Афанасия плащаницу русской работы, датируемую ранним XV веком. В 20-х годах XV века в Ватопеде и в монастыре Св. Павла переписывал книги и заказывал переводы (сербу Иакову Доброписцу) русский инок Евсевий-Ефрем, которому помогал старец Митрофан. Скорее всего, также на Афоне в 1417 или 1418 г. русскими иноками Варсонофием и Мартином был переписан большой сборник, включающий в себя Азбучно-Иерусалимский патерик. В XVIII веке преподобный Паисий Величковский, основатель Ильинского скита на Святой Горе, покинув стены Киевской духовной семинарии, пришел на Афон в поисках духовного руководства и спасения. В святогорском уединении он обрел источник спасительного наставления — писания отцов-подвижников, запечатлевших опыт богообщения. Последующую свою жизнь старец Паисий во многом посвятил собиранию этих произведений и духовно точному переводу их на славянский язык, проложив путь к созданию антологии святоотеческой аскетики, получившей название «Добротолюбие».

    [7] Книги, вышедшие с 1847 до 1860 год:

    1. Житие и писание Молдавскаго старца Паисия Величковскаго.

    2. Четыре огласительных слов к монахине.

    3. Преподобнаго отца нашего Нила Сорскаго, предание ученикам своим о жительстве скитском.

    4. Восторгнутые класы в пищу души.

    5. Преподобных отцов Варсонофия Великаго и Иоанна руководство к духовной жизни, в ответ на вопрошание учеников (по-славянски).

    6. Преподобнаго отца нашего Симеона Новаго Богослова, игумена, слова весьма полезныя (12 слов).

    7. Оглашение преподобнаго Феодора Студита.

    8. Преподобнаго отца нашего Максима Исповедника толкование на молитву «Отче наш» и его же слово постническое по вопросу и ответу.

    9. Книга преп. отцов Варсонофия и Иоанна Руководство к духовной жизни (в русском переводе).

    10. Преп. отца нашего аввы Фалассия Главы о любви, воздержании и духовной жизни.

    11. Преподобнаго отца нашего аввы Дорофея Душеполезныя поучения и послания.

    12. Житие преподобнаго отца нашего Симеона Новаго Богослова.

    13. Преподобнаго и богоносного отца нашего Марка подвижника Нравственно-подвижнические слова.

    14. Преп. отца нашего Орсисия, аввы Тавенисиотскаго, учение об устроении монашеского жительства.

    15. Преподобнаго отца нашего аввы Исаии, отшельника египетского, духовно-нравственные слова.

    Использованная литература

    1. Концевич И.М. Стяжание Духа Святаго в путях Древней Руси. М.: Институт русской цивилизации, 2009.

    2. Преподобный Иоанн Лествичник. Лествица или Скрижали духовные. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://azbyka.ru/ote...li-dukhovnye/25

    3. Преподобный Исаак Сирин. Слова подвижнические. Слово 40. О молитве, поклонах, слезах, чтении, молчании и псалмопении. [Электронный ресурс]. Режим доступа azbyka.ru/otechnik/Isaak_Sirin/slova-podvizhnicheskie/40

    4. Святитель Игнатий (Брянчанинов). Приношение современному монашеству. Часть 2. Электронный источник: http://azbyka.ru/ote...u-monashestvu/2

    5. Четвериков С., прот. Молдавский старец Паисий Величковский. Его жизнь, учение и влияние на православное монашество. Изд. Свято-Елисаветинского монастыря, 2006.

    6. Оптинский патерик / сост. мон. Иулиания (Самсонова). Саратов, 2006.

    7. Добротолюбие. Т. 1–5. СПб., 1895–1913.

    8. Архиепископ Херсонский Иннокентий (Борисов). Что такое Святой Афон для православной России. Одесса, 1887.

    9. Святые Отцы о молитве и трезвении . Правило веры. М., 2014.

    10. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. СПб., 1841. Т. I. 1334–1598 гг.

    11. Жития святых святителя Димитрия Ростовского. В 12 т. М.: Ставрос, 2004.

    12. Мешалкин В.В. Влияние Святой Горы Афон на монашеские традиции Восточной Европы. – М.: Сретенский монастырь, 2009.

    13. Чинякова Г. Афон и Россия. Монастыри – образы Святой Горы на Русской земле. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.voskres.r...cyinyakova.htm)

    14. Концевич И. М. Оптина пустынь и ее время. Спб, 2005.

    15. Православная энциклопедия под редакцией Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Афон. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.pravenc.ru/text/77102.html

    16. Иванов А. Значение Афона в духовной жизни православного мира. Московская Патриархия, 1953.

    17. Михайлов Е. Святая Гора Афон. М.: Сибирская Благозвонница, 2009 .

    18. Смолич И. К. Русское монашество. М., 1999.

    19. Повесть временных лет. Памятники литературы Древней Руси. XI – начало XII века. М., 1978.

    Источник: monasterium.ru

    • 03 Окт 2016 11:48
    • от monves
  4. Сайт монастыря должен быть уникальным

    Зачем монахам интернет, должен ли у каждого монастыря быть свой сайт и почему нельзя сторониться социальных сетей, журналу «Монастырский Вестник» рассказывает пресс-секретарь Синодального отдела по монастырям и монашеству архимандрит Мелхиседек (Артюхин).

    Приобретенный опыт

    Отец Мелхиседек, Ваша биография достаточно известна, есть в открытом доступе. Единственное, что интересно было бы узнать, какое послушание для Вас было самым сложным?

    – Думаю, что послушание благочинного Оптиной пустыни. Представьте: ответственность за каждодневное течение жизни обители, за дисциплину многочисленной братии, за их отношение к послушаниям... Плюс к этому – постоянные встречи по делам обители, переговоры, разъезды. А ведь нужно же еще и за своей собственной душой следить, молиться, не рассеиваться помыслами.

    Словом, это был настоящий «курс молодого бойца». Но я благодарен Богу, что все это было в моей жизни. Теперь на новых послушаниях весь этот приобретенный опыт помогает мне.

    Кто из подвижников прошлого и настоящего оказал на Вас, Ваше мировоззрение самое ощутимое влияние?

    Мне посчастливилось встретиться со многими подвижниками нашего времени. Из них особенно близкое общение было с духовниками Троице-Сергиевой лавры архимандритом Кириллом (Павловым) и архимандритом Наумом (Бойбородиным), архимандритом Иоанном (Крестьянкиным), протоиереем Николаем Гурьяновым, схиархимандритом Зосимой (Сокуром), духовником Тульской епархии схиархимандритом Христофором (Никольским), наместником Оптиной пустыни архимандритом Венедиктом (Пеньковым).

    Расскажите о Вашем сегодняшнем послушании на посту пресс-секретаря СОММ.
    В первую очередь, священноначалием была поставлена задача формирования единого информационного пространства и координации работы сайтов монастырей. Это сейчас и является одним из основных направлений работы. Пока есть такая возможность, интернет-пространством надо пользоваться во благо Церкви, во благо монастырей. Как это сделать лучше, качественнее – этими вопросами мы и занимаемся.

    Рабочие контакты

    За то время, пока Вы являетесь пресс-секретарем СОММ, уже успели вычислить наилучшую формулу работы со СМИ? Можете ли Вы дать какие-то практические советы в этой области?

    – Не думаю, что у меня накопился обширный и обстоятельный опыт в этом деле, но некоторые моменты я бы отметил. Во-первых, монастырям важно составить список всех тех средств массовой информации, которые уже с ними взаимодействуют и которые потенциально являются их «соработниками» на ниве информационной работы. Это то, что на светском языке называется составить пресс-пул. Не думаю, что нужно стремиться к как можно большему числу СМИ, к максимальному охвату аудитории, – надо помнить не только о количестве медиапартнеров, но и о качестве их контента. Со всем пулом необходимо постоянно поддерживать рабочие контакты, связь должна быть стабильной.

    Во-вторых, надо обязательно контролировать те сюжеты и новости, которые выходят о монастырях и Церкви вообще. Об ошибках или некорректно поданной информации нужно сразу заявлять в соответствующее СМИ или надзорный орган. Здесь важно тесно сотрудничать с епархиальными структурами Отдела по взаимодействию с обществом и СМИ. Если мы сами промолчим о недостоверной новости, то многие люди могут этим соблазниться и впасть в смущение.
    В-третьих, целесообразно расписать медиаплан на год-два вперед, чтобы всегда перед глазами были важные события в жизни обители и постепенно к ним готовиться. Этот план должен быть и у редакторов СМИ. Вообще сотрудничество с медиаструктурами «стимулирует» монастыри к более активной социальной работе. В тех случаях, когда это не вредит духовной жизни, такая активность может рассматриваться как продолжение миссии.

    И еще я бы отметил такой нюанс. Монастырям не всегда надо идти «на поводу» у СМИ и принимать их повестку дня, их акценты в информационной картине окружающего мира. Иногда важно «переламывать» тенденции, то есть предлагать свои, душеполезные темы для сюжетов. Главное, делать это естественно, без лишнего нажима и навязчивости – никаким СМИ не понравится, если монастыри захотят вести диалог с ними с позиции всезнающих учителей. Больше чуткости и доброты – и результат будет.

    На Рождественских чтениях в этом году обсуждали проблему использования интернета и мобильной связи (вообще электронной коммуникации) в монастырях. Ваш взгляд на этот вопрос?

    – В целом я согласен с теми тезисами, выводами, которые прозвучали на Чтениях. Интернет и мобильная связь должны использоваться для выполнения конкретных послушаний и лучше теми, кто имеет достаточный духовный опыт противостоять стихиям мира сего. Польза от интернета несомненна, и об этот тоже было довольно много сказано. Но если потенциальный вред перевешивает пользу, то лучше свести к минимуму электронную коммуникацию. Сохранение монастыря как семьи, сохранение иноческого духа в обители в конечном счете важнее даже тех медиапроектов, которые, казалось бы, приносят пользу обществу. Поэтому здесь необходимо действовать с рассуждением.

    Идти в сети

    Какие информационные проекты монастырей сейчас самые востребованные? Насколько активно эти проекты – сайты, порталы, соцсети – монастыри должны «продвигать»? Возможно ли здесь использование классических схем продвижения и рекламы?

    – Анализ посещаемости монастырских сайтов свидетельствует: востребованы проекты, которые рассказывают о законах духовной жизни. И это хороший сигнал: значит, собственно жизнь души, ее участь в вечности беспокоят людей, они хотят об этом знать и менять свою жизнь. Многим интересна сама жизнь монастырей, их прошлое и настоящее. Такой интерес вообще характерен для русского народа, обители всегда притягивали его умственный и сердечный взор. Не оставляют равнодушными и новые направления в этой области. Так, например, на сайте Оптиной пустыни продолжает развиваться уникальный проект постишного (по стихам) толкования Священного Писания. Подобные толкования, расширяя миссионерскую деятельность монастыря и приобщая к изучению Евангелия все больше людей, не нарушают при этом его уединенности. Инициативы такого рода достойны подражания.

    На сайте Соловецкого монастыря начал функционировать проект «Духовенство Русской Православной Церкви в XX веке», цель которого совместными усилиями верующих создать общедоступную, как можно более полную базу биографий духовенства Русской Церкви прошлого столетия, а также полную и яркую базу материалов о формах его служения. На сайтах Зачатьевского и Богородице-Рождественского монастырей можно увидеть, как в рассказах о старицах, насельницах, духовниках монастыря раскрывается красота монашества, преемственность традиций во времени и пространстве. На сайте Марфо-Мариинской обители создается раздел, содержащий практические наставления и помощь (текстовые, фото- и видеоматериалы) по уходу за тяжелобольными людьми.

    Сложно сказать насчет использования классических схем продвижения. Понятия рекламы и PR (в их современных коннотациях) не вяжутся с природой Церкви, однако это совершенно не означает, что все подобные коммуникационные наработки, что называется, отданы на откуп врагу. Почему достойное доброе дело не заслуживает рассказа о себе? Не агрессивного продвижения на рынке ради зарабатывания денег, а именно спокойного честного рассказа? Конечно, кто-то может сказать, что это реклама или какой-то монастырь начинает «пиариться». Но такие рассуждения, – как правило, откровенные передергивания людей, мало разбирающихся в церковной действительности. Поэтому, если сайт достойный, полезный, его можно продвигать, главное на этом пути – не начать путать цель со средством и сохранять дух мирен. А все, что касается технического инструментария, то да, это можно использовать, лишь бы не увлекаться формой сайта в ущерб содержанию.

    Работа в социальных сетях сейчас необходима. Большая часть молодого поколения проводит значительное время – буквально «живет» – именно в соцсетях. Упускать их из виду, лишать евангельского слова, пастырского окормления – огромная ошибка. Однако стоит помнить, что этим должны заниматься подготовленные – прежде всего духовно – люди, потому что можно, что называется, увлечься и забыть, зачем ты посещаешь эти соцсети. Думаю, логично искать помощников в этом деле среди своих прихожан, трудников и паломников монастырей.

    Сайт – для общения

    Сейчас почти у каждого монастыря и даже прихода есть свой сайт. Насколько велика практическая польза от них? На 90% они состоят из схожей информации. Не лучше ли создать централизованные порталы и вложить деньги в повышение их качества?

    – Дело в том, что сайт каждого монастыря и каждого прихода может и должен быть уникален. Это требует усилий, творческого подхода, этому надо учиться. Но такое возможно, и это доказывают отдельные примеры, которые были приведены раньше. Кроме того, «свой» сайт для прихожан – это продолжение приходской, общинной жизни, частичка их храма, помогающая не только узнать расписание служб, но и почувствовать свою сопричастность к общему делу. Централизованные же порталы аккумулируют информацию, которая имеет более глобальное, обобщенное значение. Не будешь же вывешивать на нем подробный рассказ о местночтимом святом или новость районного масштаба? Но и это направление надо развивать и улучшать, вкладывать в него средства. В том числе и для того, чтобы более мощные централизованные ресурсы помогали людям открывать для себя локальные сайты. Сайты должны максимально использоваться в качестве информационной площадки для общения как между монастырями, так и между монашествующими и мирянами.

    Насколько принципиальными являются рейтинги посещаемости монастырских сайтов?

    – Статистика помогает определиться и принять решение насчет внешней оптимизации сайта. В какой-то степени показатели, определяющие степень популярности, привлекают посетителей. И установленные счетчики – это один из инструментов продвижения сайта. Важно проанализировать статистику посещаемости отдельных разделов и статей, чтобы определить, какое направление нужно развивать, на чем сосредоточить усилия. Однако необходимо учитывать не только количество людей, посетивших сайт, но и сколько просмотров приходится на одного пользователя, сколько было уникальных гостей за какой-либо период времени, каково поведение посетителей на сайте. Одним из самых полезных показателей в счетчике является среднее время пребывания посетителей на сайте. Если данный показатель слишком низкий, то необходимо искать причину и, прежде всего, задуматься о качественных характеристиках статей, – возможно, слабым звеном являются подборка тем, форма подачи, предсказуемость, банальность информации и прочее. Все эти «нарушения» надо выявлять и принимать меры. Важно знать, с каких страниц посетители переходят на сайт – с поисковых систем или с закладок. Если переходы осуществляются, в основном, с поисковых систем, то стратегия продвижения интернет-ресурса находится на верной траектории. Для оптимизации необходимо знать, по каким фразам посетители приходят на сайт. Определив таковые, надо стараться продвигать не слишком популярные фразы, чтобы сайт находился на высоких поисковых строках по разным позициям.

    – Какую помощь может оказать Синодальный отдел по монастырям и монашеству различным обителям в создании их собственных сайтов?

    – Информационный отдел СОММ оказывал и оказывает помощь в создании новых сайтов. В прошлом году были созданы сайты двух монастырей, обратившихся в отдел: Николо-Вяжищского ставропигиального женского и Свято-Троицкого Александро-Невского ставропигиального женского монастырей. Оказывается консультационная помощь по улучшению информационного наполнения и развитию структуры сайтов. Непосредственная работа с ответственными за сайты ставропигиальных монастырей стала приносить существенные плоды: значительно улучшилась структура многих сайтов, повысилось качество публикуемой информации, приобретен опыт по работе с информационными потоками. На многих сайтах ставропигиальных монастырей самостоятельно принимаются решения о развитии и активно, с творческим подходом разрабатываются и внедряются интересные уникальные проекты. При необходимости мы стараемся оказать посильную консультационную помощь в реализации этих решений

    Какую информацию целесообразно размещать на монастырских сайтах, помимо традиционных рубрик?

    – Можно посоветовать более активно развивать разделы сайта, посвящённые миссионерской, социальной, образовательной деятельности монастыря; разделы, рассказывающие о монастырской жизни, надо стараться делать нетривиальными, не «сухими» и однообразными. Это довольно сложно, но поработать над стилем подачи важно. Особое внимание я бы уделил беседам известных духовников с насельниками обителей: как правило, верующие очень ждут таких бесед и стараются внимательно их прослушать.

    Нельзя забывать об информации для паломников. Подробная карта, маршруты, расписание автобусов, электричек, наличие мест в гостиницах, телефоны «горячих линий», возможные трудности – все это должно быть указано на сайте. Ну и, конечно, ответы на звонки должны быть исчерпывающими и точными, надо быть готовым к разным вопросам.

    Часто люди не могут приобрести ту или иную духовную литературу, поэтому полезно публиковать фрагменты как хрестоматийных произведений, так и новинок (даже, возможно, делать обзоры этих новинок). Будет прекрасно, если с сайта можно заказать понравившуюся книгу.

    Надо помнить о том, что наша Церковь полиэтнична, поэтому в тех ситуациях, когда это целесообразно, не лишним будет размещать перевод материалов на английский, украинский, молдавский, сербский и другие языки. Для людей старшего поколения, плохо видящих, должна быть специальная опция, увеличивающая масштаб, четкость текстов.

    Вообще же сайты надо стремиться делать простыми в использовании, интуитивно понятными, чтобы они были полезны и опытным интернет-пользователям, и «новичкам».

    Чтобы понять, какие еще рубрики будут востребованы, надо спрашивать об этом самих верующих, посетителей сайтов, проводить интерактивные опросы.

    Беседовал Алексей Руденко.

    Фото: Владимир Ходаков.

    Источник: monvestnik.ru

    • 08 Апр 2016 14:45
    • от monves
  5. Посвятить себя Богу из всецелой благодарности Ему

    Архимандрит Мелхиседек (Артюхин) о выборе монашеского пути и мифах, связанных с ним.

    Даже среди христиан нет одинакового отношения к монашеству. Перед монашеским образом жизни преклоняются и не могут понять его, одни считают его верхом христианской жизни, другие — ненужной крайностью.

    В беседе с настоятелем московского подворья Оптиной Пустыни архимандритом Мелхиседеком (Артюхиным) мы касаемся лишь вершины этого айсберга: говорим о вызывающем наибольшее непонимание, но самом главном, монашеском обете — послушания. Также говорим о том, можно ли ошибиться, уйдя из мира, об «эгоизме» монахов и родительском благословении на иноческий путь. И, конечно, о том, как и почему люди избирают узкий путь монашества.


    В монахи — из благодарности Богу

    — Отец Мелхиседек, одно из самых распространенных предубеждений о монашестве: в монастырь уходят те, кому не удалось реализовать себя в обычной жизни. Сколько в этом правды?


    — Когда меня спрашивают люди светские, особенно молодежь: «Как Вы пришли к монашеству?», и я им рассказываю следующую шутку: «У меня была несчастная любовь, я шел по улице, на меня свалился кирпич, а в больницу приехали монахи из Троице-Сергиевой Лавры, тайным образом меня вывезли и в бессознательном состоянии постригли в монахи. Когда я очнулся, то понял, что это вроде бы неплохо».

    Я отшучиваюсь, потому что все-таки для светского сознания это невместимо. Отсюда, из этой невместимости, и возникают мифы о несчастной жизни, о том, что люди не нашли себе применения.

    Знаете, есть очень мудрое выражение: слабый ищет виноватых, сильный ищет Бога. Монахами становятся по любви к Богу или из-за того, что человек ищет особого образа покаянной жизни. И понять монашескую жизнь может только тот, кто ее вкусил и кто ее ведет. Как понять, что такое море, когда ты ни разу его не видел? Или как объяснить австралийскому аборигену, каково на вкус мороженое, если он его не ел никогда? Поэтому Писание говорит: «Вкусите и видите, яко благ Господь». Чтобы увидеть, понять — надо вкусить.

    — По каким причинам Вы ушли в монастырь?

    — Я принял монашеский постриг в 24 года, движимый следующей мыслью: посвятить себя Богу от всецелой благодарности Ему.

    Будучи воспитан в неверующей семье, я впервые столкнулся с Евангелием в 17 лет. И оно перевернуло мою жизнь. Тогда я про себя подумал: «Я ведь шел абсолютно не в том направлении — не к Богу. Если бы не произошло встречи с человеком, который дал мне Евангелие, то моя жизнь текла бы в обыкновенной мирской логике: учеба, потом работа, семья (а с моим-то характером неизвестно, что бы осталось от нее). Я бы не узнал самого главного!..». Вот тогда впервые и возникла мысль о посвящении себя Богу: если Он меня реально спас от большой беды, то моя жизнь не может теперь течь обычным чередом, как у всех людей. Она каким-то образом должна быть посвящена Ему, чтобы отблагодарить за спасение.

    — Вам не казалось, что Богу может посвятить себя и мирской человек?

    — Я искал абсолютной посвященности жизни Богу. Верующему человеку вполне можно было бы «найти себе применение» в миру, женившись и пойдя священническим путем, например. Большинство людей выбирает средний путь — путь хорошей христианской жизни, что совсем не плохо. А у меня был максималистский подход: мне хотелось не распыляться, а целиком посвятить себя Ему. А где всецелая отдача себя Богу, когда сама твоя жизнь посвящена Творцу? В монашестве.

    — Зачастую решение принимается импульсивно, особенно в молодом возрасте. Молодости свойственен максимализм. Не может тут вкрасться ошибка?

    — Мысль хорошая. Но я и сейчас, в 51 год, о своем юношеском решении не пожалел. Потому что в моем случае это был осознанный, глубоко продуманный шаг. Мое желание монашеской жизни осуществилось спустя семь лет: в 17, уже через несколько месяцев после того, как пришел к вере, я принял такое решение. И постепенно начал этот путь осуществлять, в течение этих лет много раз проверяя себя. Учился, работал, затем служил в армии и уже там готовился к монашеской жизни. Затем поступил в семинарию, где передо мной был пример отцов Троице-Сергиевой Лавры и моих сверстников, которые писали прошение и принимали постриг. Я мог это примерять на себя.

    А когда люди мне вдруг говорят: «Я пойду в монастырь и стану монахом!», я отвечаю: «No!». К тому, что человек любит, он готовится заранее. Тот, кто хочет быть профессиональным военным, в солдатики начинает играть еще в детстве. Если его намерение серьезно, то он еще школьником будет ходить в добровольное спортивно-армейское отделение — были раньше такие военизированные кружки по подготовке юношества, где прыгали с парашютами, гоняли на мотоциклах.

    — Какой была Ваша подготовка к монашеству?

    — У меня монастырь начался на кухне. Я спрашивал: «А какой у монахов образ жизни? Что такое монашеское правило?» Образ жизни — один, совершенно конкретный: это жизнь максимально по Евангелию, которое для монашествующего — абсолютный ориентир. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал: «Монашество есть не что иное, как обязательство с точностью исполнять Евангельские заповеди». Монах Евангелие хочет исполнить жизнью своей. И монахом он обязан быть не только в храме, но и везде, в любой обстановке — «в многолюдстве или в глубочайшей пустыне», как говорил тот же святитель Игнатий.

    Бог хочет, чтоб его дети не только между собой разговаривали, но разговаривали и с Ним. А наилучшая возможность общения с Богом — в монастыре, где нет всецелого, многотрудного попечения о жизни.

    — Разве попечение Вас не коснулось?

    — Оно меня потом накрыло: через два года после принятия монашества. В 1987 году я принял постриг, 29 ноября, а через год, в 1988 году (как раз когда я закончил семинарию) патриарх Пимен решил направить в Оптину пустынь «диверсионную группу»: в нее вошел наместник Оптиной, архимандрит Евлогий, два иеромонаха (один из них — я), два дьякона и четыре семинариста. Спустя три месяца я был назначен экономом Оптиной пустыни. И все. Моя уединенная жизнь кончилась, я стал «прорабом и строителем» на всю жизнь. Страшно не любя это...

    О послушании

    — Вы, будучи монахом, не могли этому воспротивиться?


    — Дело в том, что это была жизненная необходимость. Хоть мне и не нравилось это дело, но я рассуждал так: а кто иначе будет этим заниматься? Из нас четверых кто-то должен! Есть чувство хотения и есть чувство долга, и не всегда они совпадают. Поэтому послушание — оно может делаться по любви к делу, а может делаться по чувству долга.

    — Послушание — значит ли беспрекословное и бездумное исполнение?

    — Я категорически против этого: я собратьям всегда говорю, что мы дело должны делать по любви, и сам стараюсь так поступать.

    — Что значит в этом случае «по любви»?

    — Это значит из любви к своей семье, к своей братии, а не к этому делу. Не как рабы и не как наемники. Монастырь — большая семья. Ты можешь любить или не любить свое дело, но пойми, что оно необходимо для семьи, а значит его надо исполнить наилучшим образом. Употребив для этого свою волю и свои мозги.

    Например, у нас летом около храма сажали туи. Вот задание тебе: посади тую. Посадил. А ты колышек к ней прибил и обвязал ее, чтоб ее ветром не наклонило? Ты ее от солнца накрыл в тридцатиградусную жару? Да, никто тебе подробных инструкций не дал, но надо было самому подумать и сделать так, как для себя. Как апостол Павел говорит: «Все, что делаете, делайте от души, как для Бога».

    Монах — эгоист?

    — Многим монашествующие представляются мрачными людьми, строгими, неприветливыми. Ясно, что это стереотип и упрощение, но оно имеет свои корни?

    — Самые жизнерадостные, самые смешные люди — это монахи.

    Люди этого не видят, потому что они монахов наблюдают только при исполнении служебных обязанностей. Большей частью нам видна «парадная» монастырская жизнь. На параде же как? Все, как оловянные солдатики, серьезные, маршируют в ногу. Но в жизни-то они могут быть совершенно другими. Так и здесь. Мы не видим более тесного человеческого общения.

    — Зачастую монахов обвиняют в эгоизме: у мирян есть обязанности по отношению к семье, к государству, они участвуют в общественной жизни, что-то созидают. А монастырь, говоря упрощенно — закрытая система, где каждый занят только собой...

    — Надо понимать, что представление о монастыре как сборище лентяев, которые отдыхают под видом духовной жизни и ни о ком не заботятся — это иллюзия. Люди в мирской жизни столько не трудятся, сколько трудятся эти монахи! Скажем, Ватопед — монастырь на Афоне, откуда в Россию был принесен Пояс Пресвятой Богородицы — ежедневно принимает 500 паломников. Для них надо закупить продукты, привезти, приготовить, накормить всех и после этого помыть посуду, а еще перестирать постельное белье — в основном, паломники на одну ночь остаются. И еще успевать бывать на всех богослужениях. Даже скиты без гостей не бывают.

    Нет такого монаха, который в монастыре ничего не делает ни для братства, ни для паломников.

    Спрашивается: эгоизм тут или не эгоизм?

    — Святитель Григорий Богослов говорит, что монах — это тот, кто живет для Бога, и притом для Него одного. Не получается ли тут противоречия?


    — Я когда-то задал похожий вопрос отцу Иоанну (Крестьянкину): как совместить многообразные послушания, повседневные заботы и молитву? Он на это сказал: «Наша жизнь должна быть похожа на торт «Наполеон»: тесто, крем, тесто, крем, а сверху пудра. Если будет одно тесто, то есть одни дела, попечения — невкусный торт получится. Если будет один крем (одна молитва) — слишком приторный. Крем и тесто должны перемежаться, тогда будет хорошо». Я спросил, что такое пудра. Отец Иоанн говорит: «А пудра — это смирение». Без него ничего на пользу не пойдет.

    Редкое призвание?

    — Можно сказать, что монашество — редкое призвание, и самому искать его не нужно?

    — И желание монашества, и исполнение этого желания — оно от Бога. Сама мысль об этом — от Бога. Спрашивается, что же от человека? Согласие. Волевое желание это свое хотение исполнить.

    Например, ты захотела мороженого, у тебя есть деньги, и ты знаешь, где его купить. А идет Великий пост... Есть желание, есть возможность, но ты этого не делаешь — не даешь своего согласия.

    Чувство любви к монашеству вкладывает Бог. А до воплощения не всякий доходит.

    Поэтому я уверен, что не мы выбираем этот путь. По крайней мере, по себе я могу так судить. Когда я согласился с мыслью о монашестве, с желанием стать монахом, у меня словно «зеленый свет» включился во всем. И я в этом вижу призыв Божий.

    — Это призыв можно спутать с чем-то? С собственными мечтами, с эмоциями, с неофитским восторгом?

    — Нет. Когда человек сомневается, значит, он не так сильно любит Бога, чтобы посвятить себя Ему. И монашеская жизнь для него будет, как мы ее называем, «на полусогнутых».

    А когда желание монашества непреодолимо, ты будешь к нему стремиться, несмотря на то, что все обстоятельства будут против.

    Почему говорится в Евангелии: «Враги человеку домашние его» (см. Мф. 10:34-38)? Это говорится в том числе о желающих монашеской жизни. Ни одна мать, ни один отец с легкостью не благословляют своих детей на этот путь. Зачем далеко ходить? Родители преподобного Сергия Радонежского сказали ему: «Сначала доходи нас и только потом делайся монахом». И он этот долг сыновний исполнил. Даже они не согласились при жизни расстаться со своим сыном.

    Мало того, будущего преподобного Феодосия Киево-Печерского мать избивала и насильно возвращала из монастыря. Вот он свою мать не послушался и посвятил жизнь Богу.

    — Как все по-разному. Значит, дело не в отречении от родителей, как представляется, и, тем более, не в нелюбви к ним...

    — Дело не в этом. Дело в приоритетах. Когда человек решился посвятить свою жизнь Богу, то Бог стал на первом месте. Это не значит, что родители — на последнем. Они стали на втором, а второе — это тоже очень большое место!

    — Нужно ли человеку благословение родителей, чтобы идти в монастырь?

    — Желательно. Но не обязательно.

    У оптинских старцев, к примеру, такое наставление есть: на женитьбу, замужество и монашество ты должен получить благословение родителей. Кроме того, как говорили святые отцы, «сеющий с благословением, с благословением и пожнет».

    Я семь лет к монашеству шел. И последним препятствием на моем пути было отсутствие благословения моей неверующей мамы на поступление в монастырь. Духовник сказал: без этого нельзя. Я говорю: «Но мама ведь не верующая. Она же в принципе не может дать такого благословения!». И она действительно мне говорила: «Все, что угодно, только не это! Можешь поступать в семинарию, но только не делайся монахом».

    Но однажды она приезжает в Лавру, где я учился уже в семинарии, какая-то грустная, и разговор у нас не клеится. Я спрашиваю:

    — Что случилось?

    — Ничего.

    — Ты какая-то не такая.

    На что она мне говорит:

    — Ты, наверное, монахом будешь.

    — Мам, с чего ты это взяла? Посмотри, какие регентши ходят!.. А еще учиться три года. Выбрось это из головы — еще столько времени должно пройти.

    — Нет, ты будешь монахом.

    — Почему ты так решила?

    — Мне сон приснился. Меня такая грусть взяла вечером, и я с этой грустью уснула...

    А дело в том, что она осталась одна. Отец оставил нас, когда я в первом классе учился. Старший брат женился, ушел из семьи, а я служил в армии, и мама меня не видела. Вернулся из армии и успел дома пожить пару месяцев: в июле демобилизовался, а в августе уже в семинарию поступил и уехал в Лавру. И опять два года она меня толком не видела...

    Мама и рассказывает:

    — Я с этими грустными мыслями засыпаю. А во сне слышу властный, сильный голос: «Галина! Ничего не бойся. Твой сын будет монахом». Я просыпаюсь в слезах, и мысль одна: «Я не хочу этого, мне этого не надо!» Разум одно говорит, а чувства — другое. Но этот голос, который не могу забыть, поселил такое успокоение в душе. Словно некий внутренний стержень появился...

    Я все это передал духовнику. Он ответил: «Это голос Божий. Это твое. Через месяц приедешь в монастырь».

    И все. Последнее препятствие исчезло...

    А можно без монашества?

    — Как Вы считаете, почему, несмотря на все негативные стереотипы и мифы, монашество остается притягательным и вызывает уважение?


    — Еще Ф.М. Достоевский писал, что человеку, который живет в неправоте, несправедливости, важно знать, что живет где-то правда. Пусть мы неправедные, пусть мы не святые, но такие люди где-то есть!

    И сегодня людям хочется прикоснуться к идеалу благочестивой жизни. Святитель Иоанн Златоуст писал, что монастыри подобны светочам, которые издалека светят людям, привлекая всех к своей тишине. Саму монашескую жизнь, жизнь в посвященности Богу, человеку верующему важно иметь перед собой как образец!

    Мне известны случаи, когда люди во власти, люди с положением, состоятельные, добравшиеся до вершин успеха, по-настоящему полюбили Афон. Говорили: «Я даже себе не представлял, что такое бывает. Я просто потрясен». Человек окунулся в другую жизнь, мир, когда все завязано на Боге. У нас же, наоборот, вся жизнь завязана на чем угодно, только не на Боге.

    А вообще монашеская жизнь — это тайна за семью печатями. Ее не объяснишь. И преподобный Иоанн Лествичник говорит: если бы люди знали, какая радость монашеской жизни, весь мир бы ушел в монастырь. Если бы знали, какие сложности бывают в монашеской жизни, никто бы вообще в монастырь не пошел. Это тайна за семью печатями, особая жизнь. Можно чуть-чуть теоретически об этом говорить, а чтобы понять всю полноту, радость жизни с Богом, надо самому ее вкусить. Поэтому и останется монашество и притягательным, и недосказанным, мирским сознанием не понятым. От этого никуда не денешься.

    С архимандритом Мелхиседеком (Артюхиным) беседовала Валерия Михайлова.

    Источник: pravoslavie.ru

    • 10 Ноя 2015 21:25
    • от monves
  6. Монашеству надлежит учиться всю жизнь

    Отец Мелхиседек, 22−23 января в Сретенском ставропигиальном мужском монастыре Москвы начнет свою работу направление «Преемство святоотеческих традиций в монашестве Русской Церкви». Синодальный отдел по монастырям и монашеству на протяжении трех лет выступает организатором этого направления. Скажите, какие задачи стоят на этот раз перед участниками предстоящего форума?

    — В Патериках мы читаем, что главное делание монахов — это исполнение Заповедей Божиих, покаянная молитва и вопрошение старцев. Монашеское направление Международных Рождественских Чтений, как и другие наши форумы, — по сути, и есть вопрошение старцев, людей, умудренных опытом духовной жизни, — с Афона, из Греции, с Кипра, из Франции, Германии, Великобритании и других уголков земного шара. Кто-то мудрый сказал, что всё знает только невежда. Для монашествующих жизнь по совету — необходимая составляющая духовного подвига. Общение с игуменами, иугмениями, духовниками монастырей дает нам возможность узнавать новое, полезное не только из книг, но и из личного духовного опыта этих людей. Один из наших богословов сказал, что все последователи Христовы назывались Его учениками, и если ты не хочешь учиться, то ты и не последователь Христов. А учиться, в том числе и монашеству, надлежит всю свою жизнь.

    В Киккском монастыре, который по своему значению для Кипрской Церкви сравним со Свято-Троицкой Сергиевой Лаврой для России, символом обители является пчела. У этого символа есть, конечно, своя история, но общежительные монастыри вообще часто сравнивают с пчелиным ульем. Пчелы — общественные (социальные) насекомые, они живут большой семьей, в которой есть глава, строго распределены обязанности между всеми членами. Монаха тоже нередко сравнивают с пчелой. Пчела собирает нектар с цветов и перерабатывает его, чтобы получить мед. Подобно пчеле, инок призван брать все доброе из внешней среды, с которой соприкасается. Монашеское общение на форумах такого уровня — это и есть собирание духовного нектара. Удобство для нас заключается в том, что нам не приходится, образно говоря, летать за нектаром: цветы приносят на нашу землю, и «пчелам» надо только выбрать необходимое, чтобы перенести в свои ульи.

    Расскажите, пожалуйста, о секциях монашеского направления Рождественских чтений.

    — Доклады секций направления «Преемство святоотеческих традиций в монашестве Русской Церкви» посвящены внутреннему уставу и богослужению в монастырях. Мы помним, что святой равноапостольный князь Владимир выбрал православную веру после того, как выслушал своих послов, потрясенных византийским богослужением. 2015 год назван в России годом князя Владимира. Одна из секций нашего направления носит название «Богослужение как основное выражение монашеского делания». Богослужение в своем полном виде сохраняется сегодня в монастырях и является стержнем монашеской жизни. Никакое другое сообщество людей не определяет богослужение и молитву своим основным деланием. Поэтому на наших собраниях часто говорят об опыте построения литургической жизни монастырей, келейной молитве, святоотеческой традиции, и нет ничего более ценного, чем личный духовный опыт, которым монашествующие делятся друг с другом. Все это, конечно же, должно быть пропущено через призму отечественных реалий, и воспринято то, что полезно и исполнимо для нас. Как пчела не берет готовый мед, так и монахи должны увидеть, услышать, воспринять и применить то, что может быть применимо. Антоний Великий говорил, что главная добродетель монаха — рассудительность.

    Когда в 93-м году я впервые побывал на Афоне, меня поразила подчиненность всей жизни монастыря богослужению. Богослужение у афонитов всегда на первом месте. Братия в полном составе всегда молится в храме и только потом исполняет все послушания. Паломники видят, что монахи заняты молитвой, и всеми силами стремятся помочь в обеспечении жизнедеятельности монастыря. Кроме того 3-4 часа времени афониты уделяют келейной молитве. Быт, трапеза, реставрация, стройка — все остальное после молитвы.

    Те, кто не бывал на Афоне, узнают о примерах монашеской жизни, в том числе и благодаря нашим форумам. Так, на собрании игуменов и игумений монастырей Русской Православной Церкви в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре, посвященном 700-летию Преподобного Сергия, очень сильное впечатление оставил доклад архимандрита Елисея, игумена афонского монастыря Симонопетра о келейной молитве. Пример жизни насельников этой обители, хочется верить, способен вдохновить всех, кто стремится к духовной высоте в монашестве.

    Участники круглого стола «Актуальные проблемы городских монастырей и пути их разрешения», который должен состояться в Сретенском монастыре 23 января, надо полагать, обсудят и возможность применения афонского опыта в городских монастырях?

    — Феофан Затворник, рассуждая о городских монастырях, задавался вопросом: чем же руководствовались устроители обителей в городах? Ведь они не могли не знать о трудностях, на которые обречены насельники городских обителей. Но, отвечая, говорил, что как свеча должна не стоять под сосудом, но светить всем (см. Мф. 5:15), так монастырь призван служить миру. Города освящались молитвой монахов. В свою очередь вокруг монастырей, которые создавались в удаленных местах, образовывались поселения, посады, города разрастались. Если жизнь монаха сосредоточена во Христе, ему ничто не помешает быть с Богом. Для того и собираются монахи, чтобы послушать тех, у кого получилось что-то хорошее. Наместник Данилова ставропигиального монастыря в Москве архимандрит Алексий (Поликарпов) часто говорит, что монахом может стать тот, кто видел монаха. И еще очень важно нам уметь слышать друг друга. Слышание способно подвигнуть к внутреннему монашескому деланию. Старца Паисия, прославленного недавно Константинопольским Патриархатом, мало кто видел из русских монахов. Мне посчастливилось, я один раз беседовал с преподобным. Многие не видели, но читали и слушали его. Паисий Святогорец стал для нас своим через чтение. Так и наши собрания, конференции и круглые столы являются лишь поводом к вопрошению и ответу, и чем больше мы способны увидеть, услышать и воспринять, тем скорее разрешатся все наши недоумения.

    Первый шаг к совершенству — это осознание своего несовершенства. Я вспоминаю свое посещение схиархимандрита Зосимы (Сокура), духовника Свято-Успенского Николо-Васильевского монастыря в селе Никольское Волновахского района Донецкой области. В 90-е годы прошлого столетия, во многом благодаря молитвам и духовным наставлениям схиархимандрита Зосимы, Украинской Православной Церкви удалось избежать раскола и отхода в автокефалию, которого добивался лишенный сана Филарет (Денисенко). Приехав в монастырь к старцу, я увидел в его келье стопки книг, которые ему регулярно привозили из столичных издательств. Показывая на эти стопки, он говорил, обращаясь ко мне: «...Я не перестаю учиться». Духовник епархии, старец, к которому шли за советом и священники, и епископы, и государственные деятели, и простые люди, казалось бы, должен был знать всё, но процесс его самообразования никогда не прекращался.

    Отче, а как Вы относитесь к мнению о том, что общение вредит монахам, и собрания лишь отнимают время и силы, которых и без того порой недостаточно для духовной жизни?

    — В основном, на собраниях такого уровня присутствуют наместники, благочинные или духовники монастырей. Они постоянно общаются с народом, часто ездят по делам обители, решая не только духовные вопросы, но и юридические, экономические и многие другие. А собрания и конференции это как раз один из самых приятных поводов для посещения столицы. На Рождественских чтениях и других монашеских форумах мы слышим мнения людей, которые живут жизнью монастырей, делятся личным опытом разрешения духовных проблем. Изучение такого опыта нельзя сравнить с опытом участников, скажем, сетевых дискуссий, хотя и он тоже важен для полноты картины. И все-таки рассуждения на уровне «что бы я сделал, если бы был генералом» отличаются от рассказов самих генералов. Когда игумения рассказывает, каково ей быть игуменией, это дорогого стоит, и лучше все-таки черпать информацию из первоисточника. В наших собраниях особо ценно то, что здесь речь всегда идет от первого лица. Площадка для выступлений предоставлена тем, кто отвечает за духовную жизнь обителей. Если человек считает, что он не нуждается в общении, в духовном знании, значит, он находится в состоянии духовной успокоенности, и роста уже не происходит. На чтениях участники могут задавать вопросы докладчикам (на это будет специально выделено время), общаться в неформальной обстановке и тем самым воспринимать и осмысливать опыт, накопленный не только в нашей Церкви, но и во Вселенском Православии.

    Беседовала Екатерина Орлова

    • 27 Янв 2015 21:59
    • от monves
  7. Общее монастырское богослужение — залог духовно...

    Ваше Святейшество! Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства, всечестные отцы, досточтимые матушки, дорогие братья и сестры!
    «Богослужение есть цвет церковной жизни и вместе с тем корень и семя ее» [1].
    Предание Православной Церкви определяет монашество как ангельский чин, что предполагает максимально возможное уподобление жизни инока жительству ангельскому, которое в свою очередь заключает в себе два основных свойства: непрестанное славословие Творца и исполнение воли Божией. Из этого следует, что богослужение и послушание – есть главные цели монашеского подвига [2].
    Подчеркивая исключительное значение молитвы в монастырской жизни, прп. Нил Синаит называет монаха «жертвенником Господа, на котором и с которого возносятся Всевышнему Богу чистые молитвы» [3]. Именно в богослужении, а не в каком-либо другом деле, раскрывается монашеское служение миру, который только и «стоит молитвою» [4].

    С самых первых времен существования христианского монашества молитва и богослужение становятся тем стержнем или основанием, относительно которого строятся остальные области жизни иноков. Из Жития прп. Феодора Освященного (IV в.) мы знаем, что в верхней Фиваиде, где монастыри отличались высоко духовной и строгой жизнью, иноки в течение дня находились в особом уединении, а к вечеру собирались вместе, «совершали молитвы и вели взаимную беседу о душеспасительных предметах» [5].

    Устав прп. Пахомия Великого, переданный ему Ангелом, регламентировал совершение днем, вечером и ночью двенадцати молитвословий, на которые братия «собирались все вместе в Церковь»[6]. Получалось, что весь день у Тавеннисиотов происходило чередование труда и общей молитвы, подчас становившейся у египетских иноков непрестанным деланием [7].

    Читая Житие прп. Саввы Освященного, нельзя не заметить, с каким вниманием относился Преподобный к вопросам совершения уставных служб, что свидетельствует о том, что он придавал важное значение общей молитве в обители [8].
    Московский митрополит Трифон (Туркестанов) часто говорил, и эти слова увековечены на его надгробном памятнике: «Дети, дети, любите храм Божий. Храм Божий – это Небо на земле».
    Монастырский храм – это сердце обители, это «источник жизни и бессмертия», по слову преподобного Амвросия Оптинского [9].

    Монастырское богослужение соединяет монахов с живым Богом, с Вечностью и друг с другом, когда «единым сердцем и едиными усты» воспевается и прославляется «Божественное Триединство» [10].

    Как солнце на небосклоне сияет и греет, и дает жизнь существующему, так и монастырское богослужение просвещает, согревает, оживляет, одухотворяет жизнь монахов.

    Однажды в стенах этой прославленной Академии митрополит Минский и Слуцкий Филарет (Вахромеев) воскликнул: «Вы в Лавре преподобного Сергия! Дышите воздухом вечности!» Как кислород очищает легкие и несет жизнь каждому органу, каждой клетке, так и дивные, боголепные службы очищают, оживотворяют жизнь каждого брата, каждого монаха как члена Тела Христова.
    Ибо в храме – Духом Святым – вещают древние премудрые пророки и ветхозаветные праведники, проповедуют апостолы, поучают святые отцы, толкуют Слово Божие богомудрые святители, назидают духоносные игумены и иереи Божии.

    Святой праведный Иоанн Кронштадский восклицал: «Богослужение есть райское жительство, пребывание с Богом и святыми, чистое, любовное, ничем не развлекаемое с ними собеседование, посильное благодарение и славословие бренными устами Господа и предначатие вечного славословия с ангелами, прославление св. угодников Божиих, училище благочестия всякой добродетели, приятие высшей благодати в молитве и в таинствах, и соединение с Богом и обожение» [11].

    Когда у отца Иоанна спросили, откуда у него такая вера, он ответил: «От частого служения Литургии и вседневного чтения Миней, богослужебных книг, служб нашим святым и праздникам» [12].

    Жизнь тела – душа. Жизнь же души, дыхание души – молитва. Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф.18:20). Так и братия монастыря являют дивное единство во Христе, особенно тогда, когда «всякое отложив попечение» служат Богу Единому! Тогда исполняется на них слово Писания: Брат от брата помогаем, яко град тверд (Притч.18:19).

    Божественный Иоанн Златоуст учит: «Молиться, говорят, мы можем дома. Сам себя обманываешь ты, человек! Дома, конечно, можно. Но нельзя так молиться, как в храме, где такое множество сердец возносится к Богу, сливаясь в единодушный вопль. Не так скоро ты будешь услышан, молясь Владыке сам по себе, как молясь с твоими братьями, ибо здесь, в храме, есть нечто большее, чем в твоей келье: согласие, единодушие, союз любви, наконец, здесь молитвы священников. Для того священники и предстоят, чтобы молитвы народа, будучи слабы, соединившись с их сильнейшими молитвами, вместе с ними дошли до неба. Апостол Петр освободился из темницы, благодаря общей о нем молитве... Если же церковная молитва была полезна для апостола Петра и такого столпа веры избавила из темницы, то почему, скажи мне, ты презираешь ее силу и какое имеешь оправдание в этом? Послушай же Самого Бога, Который говорит, что Его умилостивляет множество людей, с усердием молящихся Ему. Он говорит пророку Ионе: "Я ли не пощажу Ниневии, города великого, в котором живёт больше 120 тысяч человек?" Не просто упомянул Он о множестве людей, но для того, чтобы ты знал, что совместная молитва имеет великую силу» [13].

    Преподобный Макарий Оптинский говорит: «О церковной же молитве знайте, что она выше домашней вашей молитвы, ибо оная возносится от целого собора людей, в числе коих, может, много есть чистейших молитв, от смиренных сердец к Богу приносимых, кои Он приемлет, яко кадило благовонное, с коими и ваши, хотя немощные и ничтожные, приемлются» [14]. Что подтверждает и святой Иоанн Кронштадский: «Струи благодати обильно истекают в храме и напояют души верных. Воинствовать вместе лучше, сильнее, искуснее против невидимых врагов и против грехов, снедающих и губящих нас, нежели бороться одному» [15].

    О важности совместного моления монашествующей братии повествует нам Афонский Патерик: «Однажды в праздник Антония Великого ученики святителя Григория Паламы все вместе совершали бдение божественному Антонию, а святитель Григорий между тем оставался в своем затворе. Вдруг является ему Антоний Великий и говорит: «Хорошо совершенное безмолвие, но и общение с братством иногда необходимо, особенно в дни общественных молитв и псалмопений. Поэтому и тебе должно теперь быть с братьями на бдении». Убежденный таким видением божественный Григорий явился тогда же к братьям, которые приняли его с радостью, и всенощное бдение протекло для них с особенным торжеством» [16].

    Богослужение в храме и келейная молитва – это два крыла, позволяющие подниматься горе. Как-то у оптинского иеромонаха Василия (Рослякова), убитого в монастыре на Пасху 18 апреля 1993 года, спросили во время экскурсии неверующие люди: «А зачем вам, монахам, столько больших храмов? Молились бы в кельях одни, каждый сам по себе». Он ответил: «Молиться одному – это плыть в лодке, грести самому, а молиться всем братством в храме – это плыть на лайнере по бушующему морю!»

    Чтобы ум монаха был всегда устремлен к Небу, древними богомудрыми отцами составлен дивный круг годового богослужения, особо полного в монастырях. Кто-то из отцов сказал, что богослужебный круг – это золотое кольцо, которым мы, монахи, обручаемся с вечностью. Многочасовыми службами, как мельничными жерновами, перемалываются дурные, греховные мысли и навыки монахов. Так святой Исаак Сирин учил: «Праздный ум – седалище для диавола. Если ты не покоришь свой ум Богу, ты обязательно покоришь ум супротивнику, то есть диаволу» [17]. Можно сказать и по-другому: «Когда Бог на первом месте, то тогда все остальное на своем месте».
    Сораспятие себя Христу на службах делает душу монаха чистой и радостной, приучает монаха к жертвенному служению братии. Каждый брат начинает яснее понимать слова: Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить... (Мк.10:45).

    Старец Макарий объясняет: «На литургии Христос распинается, зато на утрени мы Христу, жертвуя своим сном, покоем. Жертва – сеяние, а радость – плод» [18].
    О наших длинных службах митрополит Питирим (Нечаев) сказал: «После первого часа службы начинают болеть ноги, после второго отваливается спина, после третьего – вырастают крылья!» Претерпевый же до конца,.. спасен будет (Мф.10:22).
    Отец Иоанн Кронштадский, почти каждый день совершавший Литургию, часть своих дивных переживаний запечатлел в своем дневнике «Моя жизнь во Христе»: «О высота, о величие, о лепота и сладость Божественной литургии! О богатство духа и блаженство наше! Во время Литургии небо и земля сочетаваются: Бог – с человеками; небесные Ангелы с человеками земными; все лики святых праотцев, патриархов, мучеников, преподобных, и всех святых! О какой светлый, святейший, любвеобильный, небесный, прекрасный, блаженный союз» [19].

    Совершая полный суточный круг, монах поддерживает искорку огня в своем сердце, которая разгорается во время келейного правила и ночной молитвы. Святой Иоанн Златоуст восклицает: «Войди только в преддверие храма, и как бы некое духовное веяние обымет твою душу. Это безмолвие приводит в трепет и учит любомудрствовать, отложить житейское попечение, восторгает мысль, возносит тебя от земли на небо. Если же столько пользы от пребывания здесь и не во время богослужения, то тем больше пользы во время самого богослужения, когда повсюду взывают пророки, благовествуют апостолы, посреди стоит Сам Христос, Отец Небесный приемлет совершаемое, Дух Святой сообщает радость Свою, – с какою для себя пользою отходят из храма присутствовавшие и какую утрату терпят отсутствовавшие на богослужении?» [20] А один из наших богословов сказал: «Все наше многообразное литургическое предание становится как бы "Евангелием от Церкви", объясняя, а нередко и дополняя Священное Писание и святоотеческое учение» [21].

    Отцы распределили богослужение так, что оно благодатно наполняет весь день и ночь монашествующего. Старец Порфирий восклицает: «Во время всенощного бдения отверзаются небеса, и мы говорим с Богом... мой ум отверзался и я жил молитвой до самого утра» [22].

    В чине богослужения имеется полунощница, которую полагается справлять в полночь. Прп. Исаак Сирин пишет: «Не думай, человек, чтобы во всем иноческом делании было какое-либо занятие важнее ночного бдения» [23].

    Ревностные монахи стараются не пропускать монастырские службы, помня слова преподобного Исаака Сирина: «Начало помрачения ума (когда признак его начинает открываться в душе) прежде всего усматривается в лености к Божией службе и к молитве» [24].

    Оптинские старцы поистине явили нам пример ревностной любви к храму. Сохранились воспоминания о том, как совершали богослужение сами старцы.
    Так старец Лев – голодный, уставший, но шел на всенощную; старец Антоний около тридцати лет страдал болезнью ног, так что посмотреть на них без содрогания нельзя было, но на службы ходил; сам старец Амвросий любил богослужение и церковное пение. По своей болезни он не мог ходить в храм, поэтому выслушивал службы у себя в келии. Для этого к нему приходил священник и собирались певчие [25].

    Преподобный иеросхимонах Анатолий младший (Потапов) любил повторять, что для монаха есть только два выхода из келии – в храм да в могилу.

    Старец Макарий не уходил из храма, пока были силы оставаться на службе.
    В нынешние времена говорят иногда, что в монастыре много дел, некогда ходить на службу. Но афонский старец Силуан учил: «Любить Бога никакие дела не мешают».
    У святителя Феофана Затворника есть слова о том, что «надо любить Бога, хотя бы так, как юноша любит девушку! Он работает – и думает о ней, с кем-то разговаривает – и думает о ней, делает домашние дела – все равно думает о ней. Так и душа монаха должна всегда помышлять о Боге!» [26]

    Очень много сейчас в монастыре у начальствующих забот, попечений, суеты! Надо заботиться о братстве, восстанавливать, реставрировать, строить заново, содержать, одевать, кормить, принимать, и на все это искать средства. Это горькие реалии наших русских монастырей, порушенных безбожной рукой. Многие настоятели и настоятельницы – как на Кресте. Иногда, говорят они, и в храм нет сил идти, нет даже возможности.

    Но из глубины веков до нас доносится очень трезвый, практический совет преподобного Феодосия Печерского. Он сказал игумену одного монастыря, который сетовал, что нет денег: «Вы, монахи, честно и добросовестно исполняйте свой монашеский долг, не пропускайте богослужения, тогда миряне будут вам за ограду деньги мешками кидать!»

    Закончить свой доклад хотелось бы такими словами: «Блажен инок, всегда живущий близ храма Божия! Он живет близ неба, близ рая, близ спасения. Не отвергнем спасения, которое милосердием Божиим преподано нам, так сказать, в руки. Особливо новоначальный инок должен неопустительно посещать церковь. В лета старости и изнеможения, когда и годы, и болезненность заключат инока почти неисходно в келлии, он будет питаться тем духовным припасом, который собрал во время юности и крепости своей, приметаясь в дому Божием. Духовным припасом называю умственную и сердечную молитву. Милосердый Господь да сподобит нас воспользоваться как должно нашим монашеством и прежде отшествия из земной жизни переселиться умом и сердцем на небо. Туда может вознести нас молитва, когда осенит ее Божественная благодать, и молитва в человеке соделается уже не молитвою человека, но молитвою Святого Духа, ходатайствующего о человеке воздыхании неизглаголанными (Рим. 8:27)» [27].


    1. Павел Флоренский, свящ. Столп и утверждение истины. – М.: Правда, 1990.

    2. См.: Варфоломей, архим. Богослужение и послушание как основание монастырской жизни/Доклад на XXII Международных Рождественских образовательных чтениях, направление «Монашеская традиция: от древности до наших дней» (Сретенский ставропигиальный мужской монастырь. 28–29 января 2014 года). – Электронная версия: http://www.agionoros.ru/docs/1045.html, дата доступа: 30.09.2014.

    3. Нил Синайский, прп. Послание 32. К пресвитеру Андрею. PG 79, 388A.

    4. Софроний (Сахаров), архим. Старец Силуан Афонский. Ч. 2, гл. XIV.

    5. Житие прп. Феодора Освященного // Древние иноческие уставы пр. Пахомия Великого, св. Василия Великого [архиепископа], пр. Иоанна Кассиана [иеромонаха] и пр.Венедикта [игумена] / Феофан Затворник (Говоров Г. В.), епископ. – Афон. Русский Пантелеимонов монастырь, 1892. С. 65.

    6. Там же. С. 112. (Устав Тавеннисиотского общежития, 89).

    7. Там же. С. 543. (Устав прп. Иоанна Кассиана. Кн. III, гл. 2).

    8. См.: Житие преподобного отца нашего Саввы Освященного// Палестинский патерик. Вып. 1. – СПб.: ИППО, 1895.

    9. Душеполезные поучения преподобных Оптинских старцев. Т. I. – Введенская Оптина пустынь, 2011.

    10. Вениамин (Милов), еп. Божественная любовь по учению Библии и Православной Церкви. – Саратовская митрополия, 2011 год.

    11. Иоанн Кронштадский, св. прав. Моя жизнь во Христе. Ч. III. Мысли о богослужении Православной Церкви. – М.: Русский Хронограф, 2004. С. 297.

    12. Киприан, иеромонах. Курс лекций по литургическому богословию. Глава «Крины молитвенные».

    13. Иоанн Златоуст, свт. О молитве. Полное собрание творений в 12 тт. Т.12, кн. 2. С. 484.

    14. Оптинский цветник. Изречения преподобных старцев Оптинских. – М.: СТПГУ, 2007. С. 59.

    15. Иоанн Кронштадский, св. прав. Моя жизнь во Христе. Ч. III. Мысли о богослужении Православной Церкви. С. 285.

    16. Афонский патерик, или Жизнеописание святых, на Святой Афонской Горе просиявших. Ч. 1. – М.: Типо-Литография И. Ефимова, 1889.

    17. Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. Слово 2-е.

    18. Душеполезные поучения преподобных оптинских старцев. Т. I. – Введенская Оптина пустынь, 2011.

    19. Иоанн Кронштадский, св. прав. Моя жизнь во Христе. Ч. III. Мысли о богослужении Православной Церкви. С. 204.

    20. Иоанн Златоуст, свт. Беседы о перемене имен. Беседа 4-я. Электронная версия: http://azbyka.ru/ote..._peremen_imya=4, дата доступа: 30.09.2014.

    21. Иларион (Алфеев), еп. Православное богослужение как школа богословия и богомыслия/доклад в Киевской духовной академии 20.09.2002. – Электронная версия: http://azbyka.ru/tse...nie-all.shtml#2, дата доступа: 30.09.2014.

    22. Старец Порфирий Кавсокаливит . Цветослов советов. – Святая Гора Афон, 2008. С. 321.

    23. Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. Слово 70-е.

    24. Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. Слово 2-е.

    25. Агапит (Беловидов), схиарх. Жизнеописание Оптинского старца иеросхимонаха Амвросия. Ч. 1. – Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1992. С. 86,122.

    26. Душеполезные поучения святителя Феофана Затворника. – М.: Подворье Введенской Оптиной пустыни, 2013.

    27. Игнатий (Брянчанинов), свт. Слово о церковной молитве/Аскетические опыты, т. 2. Собр. соч. в 2-х тт. Т. 2. – Николо-Погост: Родное пепелище, 2005. С. 806.


    Источник: http://monasterium.r...peyaniya-bratii

    • 30 Янв 2015 18:56
    • от monves